Полюбить и выжить

женщина прекрасно «слышала» все отголоски чувств короля Монтелимара. Нет, мысли еще она не научилась читать, все было впереди. Прислушиваясь к речи недавнего любовника, понимала, что он говорит от чистого сердца, все его предложения пронизаны лишь одним: переживанием о благополучии своей страны. И в тоже время, что-то еще мучило и угнетало монарха. Аманда чувствовала, что очень нравится ему, как и тогда — в дни их близости, но мужчина усилием воли подавлял свои желания… Это его выбор, который ее мало волнует. Да, Ламмерт — красивый, умный и коронованный владыка огромной страны, но… никаких чувств, кроме жалости он не вызывал и не вызывает. И королева Огастинская ни чуть не жалеет о тех жестоких и резких словах, что сказала ему. Делясь результатами встречи с супругом, она никак не могла объяснить истоки своей жалости к взрослому и самодостаточному мужчине.
— Просто он действительно очень хороший человек, но в тоже время и король, поэтому и вынужден быть расчетливым. Страна досталось Ламмерту в не самом лучшем состоянии. Смута, экономические негоразды. Его отец был не плохим человеком, но очень доверчивым и слабым монархом — слишком полагался на окружение и друзей, часто совершенно не справедливо, а единственного сына берег и безумно любил, потому не допускал к управлению государством. Он считал его большим маленьким мальчиком.
— Из-за болезни в детстве?
— А откуда ты об этом знаешь, ведь болезнь тщательно скрывалась?
— Мой настоящий отец его вылечил, — подробности именно этой эпопеи Аманда так и не сообщила супругу, вот сейчас и выдалась возможность поделиться.
— Когда Лаверни известил меня, что ты их родственница, я ни как не предполагал, что на столько близкая — двоюродная сестра, а ведь братикам почти 400 лет. Рекордно большой возраст для нашего мира. Так ты у нас, оказывается, долгоживущая, — засмеялся Арман.
— Курьез из-за многообразного течения времени в разных мирах, — пожала плечами женщина.
А потом как-то само-собой зашел разговор о начинающих съезжаться гостях.
— Ты знаешь, — решил поделиться с супругой своими умозаключениями Реганн, — очень хочется умыкнуть у Ламмерта герцога Миндея. Хитрая и умная бестия.
— Но слишком преданная своему сюзерену.
— Да, знаю, но помечтать можно. Но, так как я уже предполагаю каким должен быть начальник тайной канцелярии, искать легче, а то они тут слишком привыкли к спокойной и мирной жизни. Вон Фериас уже присматривает жениха для своей милой сестрички.
— Не надо моему королевству этой циничной и склочной стервочки! —
— А ты ознакомилась с краткой или развернутой ее характеристикой?
— Мне хватило даже несколько фраз, о том, что идя к желанной цели она не брезгует ни зельями, ни ядом, ни устранением неугодных, а еще скачет из постели в постель и стравливает любовников.
— Также, как и братец. Его агенты сейчас рыщут по всей столице, выискивая претендентов в зятья. Я не выдержал и подкинул парочку: короля Левердии — Хайдрига, он только недавно снова стал свободным, канцлера королевства Морей, закоренелого холостяка, и еще несколько не менее выгодных, подальше от нас.
— Король Хайдриг… — задумчиво произнесла Аманда, — и принцесса Флорианна… не плохо звучит.
— Правда, последнюю свою жену он сослал в монастырь за измену, но не казнил же, — улыбнулся Арман.
— А нашим графам и герцогам мы попросту не дадим своего величайшего позволения на брак.
— А если скандал?
— Заплатим, в Арзонии сейчас казна пуста.
— Где же твоя женская солидарность?
— А она у меня выборочная… только по отношению к близким и дорогим дамам.
Они говорили обо всем, находя особую прелесть в общении вот так — только вдвоем. Хорошо, когда глаза в глаза и слышно дыхание любимого человека, когда можно начать фразу и собеседник продолжит, когда не надо изощряться и играть черт знает чью роль, когда время от времени, в районе живота неутомимый и обожаемый ребенок подает сигналы и тогда женщина и мужчина умолкают и прислушиваются к главному в их жизни чуду… Какое счастье найти того с кем хочется прожить всю жизнь до ее последнего мгновения, любить и доверять, дарить прекрасные минуты и такие же замечательные дни и ночи, и какое наслаждение свое счастье делить с друзьями!
Именно так думала Аманда Элис ля Вердье Дю Огастинская во время коронации. Эти мысли, как и любимый муж, придавали ей силы и помогли с честью выстоять на длинной церемонии.
Десять лет спустя.
— Катрин — Жиневьева, вот как тебе не стыдно? Ты наследная принцесса, а ведешь себя, как сорванец! — красивая женщина с огромными зелеными глазами и прекрасными каштановыми волосами, со странным витиеватым головным