На протяжении двадцатого века война не прекращалась ни на миг. Ожидая эпоху всеобщего благоденствия, на самом деле мы вступили в эпоху войн.Впрочем, двадцать первый век сулит нам еще более страшные испытания и новые войны, войны нового типа — непрекращающееся войны.Эти книги о нашем будущем… О летящих из прошлого камнях. О людях, решивших переделать мир.
Авторы: Афанасьев Александр Николаевич
отстаиваться и снова о чем-то заспорили. Минут через десять — отстоялось и майор увидел, что едва ли третья часть топлива — это обычная, мать ее вода. И куда они долетят на такой заправке — известно одному лишь Аллаху.
Черт бы побрал эту ублюдочную страну…
Майор увидел относительно целое ведро, притороченное к машине. Молча снял его, посмотрел на просвет — хоть и мятое, а целое, не протекает. Посмотрел на цистерну — машина стоит на месте уже полчаса, должно было отстояться…
По-арабски майор объяснил, как именно он хочет заправляться…
Заправка была простой, даже примитивной. Сам майор — наверху черпал из бочки жидкость, которую при некоторой доле воображения можно было назвать авиационным керосином, осторожно черпал, чтобы не зачерпнуть и воды и передавал дальше, по живой цепочке. В бак вставили воронку и осторожно, стараясь не пролить, заливали топливо в бензобак. Владелец заправщика — с видом оскорбленной добродетели стоял и считал, столько ведер передано, делая ножом зарубки на попавшей под руку палке.
Затем — они на руках откатили самолет немного подальше, чтобы не дай Аллах не вспыхнуло от искры — топливом воняло, хоть нос затыкай и запустили двигатель. Двигатель работал…
Майор тщательно, как это и принято в арабских странах, по купюре расплатился. Если просто отдать пачку денег — можно быть уверенным в том, что потом ваш продавец скажет, что ему не доплатили и в пачке купюр не хватало. Вот такие тут были…
— Движение! Снайпер на вышке! — резко сказал Уилкинсон — я видел отблеск.
Твою мать…
Оскорбленный в лучших чувствах водитель заправщика — очевидно, как только отъехал — сообщил о подозрительном самолете охране. Или — Аллах знает, кому.
— Запускай двигатель! Готовься к взлету!
Впереди, в мутной дымке пыли было видно, как неизвестно откуда взявшийся там старый советской грузовик выруливает на рулежку…
— Готовность!
Лейтенант Уилкинсон — сосредоточенно собираю свою огромную винтовку, для удобства транспортировки она делилась на две части.
— Где они?!
Ударивший выстрел — видимо с башни — выбил бетонную крошку у самого самолета, почти у ног майора. Снайпер на башне был глуп и вместо того, чтобы стрелять в самолет, стрелял в людей. Если бы он вывел из строя самолет — судьба оставшихся на поле неверных была бы решена, вопрос был бы только в том, сколько правоверных они заберут с собой.
— Контакт! На два часа! Снайпер на башне! Тысяча!
Два автомата Калашникова, уже снабженные глушителями — единственное, чего нельзя купить на Востоке среди трофеев, купили американские, от Red Jacket — ударили по башне.
С тяжелым, глухим звуком ударила снайперская винтовка, их главный калибр.
Выехавший на полосу старый советский Зил занимался пламенем, дыма было все больше и больше…
Еще один выстрел Барретта. Было видно, как на башне, там, где был снайпер — брызнули осколки бетона и искры.
— Твою мать! Слева! Слева!
— Прикрываю!
Блестящий, золотистый, похожий на произведение искусства своими безупречно точными линиями патрон скользнул в патронник.
— Контакт! На дороге! Слева!
Капрал опер цевье винтовки на крыло, прицелился. Два старых пикапа, набитых боевиками «Аль-Каиды Арабского полуострова» — поднимая столбы пыли, неслись от аэропорта.
Винтовка снова жахнула — и на головной машине моментально провалилось внутрь стекло, от удара пули оно просто разлетелось, и набегающий поток воздуха вдавил осколки в кабину. Машина резко вильнула в сторону.
— Держи!
Джек протянул снайперу снаряженный бронебойно-зажигательными магазин. У каждого из членов группы — вдобавок к основному снаряжению был магазин для Барретта и коробка патронов к нему же — двадцать штук. Они не могли себе позволить оказаться без боеприпасов к своему главному калибру посреди Африки… или Арабского полуострова, твою мать.
Стюарт — наощупь вогнал магазин на место, дернул затвор, досылая патрон в патронник.
— Семьсот! Быстро приближается!
Винтовка бухнула — и на втором пикапе вздыбился капот, закрывая водителю обзор. Вверх ударил фонтан воды и пара — пуля разнесла радиатор и блок цилиндров.
— Прикрывающий! По машинам! Работай Башню!
Самолет медленно двинулся с места — пилоту, наконец, удалось справиться и со страхом и с машиной. Британцы бежали рядом с прыгающим на колдобинах рулежки самолетом, огрызаясь огнем. Рядом с аэропортом, с башней — суматошно палили стрелки. Здесь как в собачьей стае — все лают и ты лай.
У аэропорта что-то вспыхнуло — сильная, желтая, с черным дымом вспышка — бронебойно-зажигательная попала в бензобак и…
— Джо! Мать твою, Джо!
