Помни имя свое

— кто по каким то причинам не мог убивать с автоматом в руках. Работали на примитивных фабриках (это в основном женщины, многие — рабыни) — разгружали в порту сухогрузы с гуманитаркой, мешки на которых написано «не для продажи» тут же везли на рынок. Понятие справедливости девальвировалось начисто, а единого общества, сомалийцев как общности — не было уже давно. Разбившись на большие и мелкие стаи — люди остервенело грызли всех, кто попадается — стараясь выжить.
В деревнях — нищих, убогих, с утоптанными тысячами человеческих ног дорогами — тропинками, с хижинами, сделанными из всего из чего придется — были и приметы цивилизации: антенны, значит — где то было радиол, а где-то телевизор и возможно — даже интернет. Они видели это издалека, с высоких холмов, не решаясь подойти ближе. Везде — их поражало огромное количество детей: чем беднее была страна тем больше она производила детей. Дети игрались с палками и ждали — пока подрастут и пойдут по пути взрослых…
Везде, на всем — была печать убогости и беспросветной нищеты. То и дело они натыкались на какие-то развалины — возможно, еще римского периода. Развалины напоминали о том, что здесь когда-то был благодатный край, одна из житниц Рима.
Они старались не показываться на дорогах, но иногда выходили и к ним. На дорогах — было движение: внедорожники, пикапы, старые тяжелые грузовики с высокими бортами и людьми, сидящими поверх груза: автобусов не было, а водители — таким образом подрабатывали лично себе. Иногда встречались остовы горелой бронетехники, один раз они наткнулись на совсем свежий танк Т55, подбитый ракетой. Скорее всего, ракетой с беспилотника: ЦРУ не дремлет и следит, чтобы происходящее здесь не выходило за определенные рамки. Танков у местных банд — не должно было быть.
Они ехали по выжженной, превращенной гражданской войной в пустыню стране — и настроения им это не добавляло…
На их глазах — рушилась концепция «золотого миллиарда». Придуманная какими-то мудрецами, она предусматривала, что миллиард человек будет жить и пользоваться всеми благами цивилизации, а оставшиеся люди, сколько бы их не было — будет обслуживать первый миллиард и сами жить в нищете. Сейчас — эта концепция, завладевшая умами западной элиты — трещала по швам, но никто не хотел это сказать и признать. Все понимали, что король то — голый — но упорно продолжали идти вперед, осыпаемые насмешками, камнями, а кое-где — уже и пулями.
Все изменил Интернет. И доступное телевидение. В мире семидесятых, когда эта концепция продумывалась — она реально могла сработать. Но сейчас, когда Интернет в корне изменил мир, когда информация из любого уголка мира стала доступной — она не могла сработать. Ни при каких обстоятельствах.
Примерно в пятидесятых шестидесятых годах на Востоке, в Африке, в Сомали тоже жили люди. Жили бедно, не просто бедно — а в беспросветной нищете. Что может быть у рыбака, каждый день выходящего на промысел — ведь если даже ему повезет и встретившаяся в море яхта или траулер купит его улов — куда он потратит эти деньги в своем захолустье? На что — если нет ни одного магазина. Эти люди выживали — и из-за недоступности информации они просто не знали, что есть места где живут по другому. Рождаясь и умирая в своей деревеньке, они думали, что весь мир живет так.
Исследование, предпринятое совсем недавно, показало, что в те времена — лишь два процента людей в таких местах хоть раз в жизни смотрели телевизор, лишь десять процентов — были в крупных городах более одного раза, немногим больше — регулярно прослушивали радиопередачи. А что теперь?
А теперь эти люди, воспитанные в традиционалистском обществе — благодаря дешевому и мгновенному доступу к качественной информации, благодаря на несколько порядков упростившимся коммуникациям — прекрасно знают, что скрывается за окружающими их деревеньку холмами. Они прекрасно знают, что есть богатство и что может предложить богатому человеку современный мир. Они смотрят на то, как по улицам северных городов идут полуголые размалеванные мужчины (парад гордости, твою мать!) — и делаю вывод, нормальный для любого традиционного общества: «мужчина, надевший женскую юбку — это не воин, не защитник, это добыча». Они знают о том, что у нас нет детей — и понимают, что мы вымираем, а они — вполне могут унаследовать все, оставшееся от нас. Они узнают о том, что если они доберутся до северных стран и скажут нечто такое, что разжалобит идиотов с белой кожей — то им дадут жилье и будут просто так платить намного больше, чем они зарабатывают тут тяжким трудом. Наконец, от бородатого мужчины, видео с которым переписывают из телефона в телефон, они узнают, что если они верят в Аллаха — они — избранные и могут отнять у белых неверных все, что они пожелают,