На протяжении двадцатого века война не прекращалась ни на миг. Ожидая эпоху всеобщего благоденствия, на самом деле мы вступили в эпоху войн.Впрочем, двадцать первый век сулит нам еще более страшные испытания и новые войны, войны нового типа — непрекращающееся войны.Эти книги о нашем будущем… О летящих из прошлого камнях. О людях, решивших переделать мир.
Авторы: Афанасьев Александр Николаевич
тоже обещали прислать отряд специального назначения полиции. Начали эвакуацию жителей по всей улице. Было известно о том, что ночью в городе произошла еще одна перестрелка, взорвался жилой дом, есть погибшие.
Сообщили в Москву — но там это сообщение никого не удивило. На Кавказе началась война, рассматривался вопрос о введении на всей территории страны режима чрезвычайного положения.
Уже когда рассвело — две одинаковые черные «Тойоты» привезли несколько человек из Казани — в том числе старшего следователя по особо важным делам Прокуратуры РТ Абыла Мингазова — он входил в состав специальной группы, охотник за ваххабитами. Человек непростой судьбы — младшего сына упустил, втянули в организацию, отправился на Северный Кавказ и там погиб под ударом беспилотника. Теперь — Мингазов слыл беспощадным охотником за ваххабитами, жил на территории воинской части, по слухам — одного из задержанных эмиров забил до смерти на допросе. Хотя — с виду обычный мужик, среднего роста, интеллигентный. Только седины много.
Мингазов — прошелся по уже оцепленной территории, своим неспешным, несуетным следовательским взглядом выхватывая детали. Вот тут — кучка гильз от дробовика и вон там — еще одна. Били из полуавтоматов, Сайга или Вепрь, гильзы светло-серые, почти прозрачные — тоже ижевские. Судя по количеству и расположению — били с засады, заранее заняв позиции — и скорее всего, гости были с Ижевска. Там оружия полно, в том числе и нелегального, полно и русских — республика национальная, но удмурты на третьем месте по численности, а русских и вовсе — большинство. Да, гости оттуда были…
Машина — «Ланд Круизер», двери открыты, изрешечена и разбита картечью, считай, в хлам. Ее прикрыли простынями, чтобы не было видно месиво в салоне — а то журналистов понабежало, одного с соседней крыши сняли — в погоне за сенсационным кадром туда забрался. Как ищейки, честное слово, эту бы энергию да в полезных целях…
Навстречу попался местный следак, он куда раньше приехал. Мингазов — углядел листы протокола на доске с зажимом сверху — удобная вещь, раньше на капоте писали, а то — и на спине ближайшего милиционера.
— Описали? — кивнул он на машину.
— Да, Абыл Рамилевич, описали.
— Тогда увозите, нечего тут…
Уже попахивало. В некоторых местах — на простынях проступала побуревшая кровь. Вахи говорят, что тот, кто умер как шахид — после смерти не воняет. Вот их бы сюда привести — и носом во все в это ткнуть.
Мингазов пошел дальше, подошел к машине взрывотехников — черный, купленный к Универсиаде, с высокой крышей Фольксваген. У него стояли полицейские чины, двое помогали взрывотехнику освободиться от своего костюма, который весил больше пятидесяти килограммов. В машине был и робот — только как его в кузов «КамАЗа» закинешь?
— Что там?
— Полный кузов. Бочки с самодельной взрывчатой смесью на основе удобрений. Газовые баллоны. Может и еще что, мы в сам кузов не лезли, только просветили и убрали инициирующую сеть. Надо сейчас армейских, пусть все это вывозят на полигон и взрывают.
— Машину нужно оставить, ей эксперты займутся.
Все посмотрели на взрывотехника, тот кивнул.
— Можно.
— Большая мощность?
— В Казани услышали бы… — сказал взрывотехник, нервно затягиваясь поднесенной сигаретой — не меньше тонны в тротиловом эквиваленте, а скорее всего — полторы. Серьезно поработали.
Уж куда серьезнее…
Подошел местный начальник милиции… тьфу, полиции, все никак это слово не приживалось. Кивнул. Отошли, поздоровались…
— Что? — спросил Мингазов.
Начальник полиции, полноватый, с короткими, жесткими усами — недовольно покачал головой.
— Башку снесут в Казани за такое…
Казани — здесь боялись больше, чем Москвы, намного больше. Москва — в дела этой большой и благополучной, полунезависимой республики — почти не лезла.
— Не снесут. Телевизор смотрел?
— Какое там…
— А посмотри. Сейчас такое делается…
— Что?
Про то, что рвануло в Чечне — уже знали и не представляли, что может быть еще хуже.
— Посмотришь, узнаешь. Опознали?
— Да… — полковник полиции замялся — один из этих… сын главы местной администрации… младший. Он домой вахов привел, сестру младшую в комнате запер, отца связали. Прямо там, в доме бомбу собирали.
Мингазов ничего не прокомментировал. Это все — было хорошо знакомо. В оперативные действия он тоже не вмешивался, это дело оперов. Только в фильме — следак по месту происшествия как ищейка лазает, улики ищет. В реальности — отыскание и закрепление улик это дело криминалистов, оперативные действия — дело УГРО. Следователь — тут только затем, чтобы лично ознакомиться с местом
