Помни имя свое

должности человек в Российской Федерации на тот момент. Из тюрьмы вышел Лабазанов и собрал сильный отряд боевиков — бывших уголовников. Надо было что-то делать.
Вопреки общепринятому мнению — Джохар Дудаев был очень масштабной политической фигурой. Далеко не слабаком, далеко не дураком — с поправкой на масштабы Чечни его можно было сравнивать даже с Лениным. Видимо, прошлое армейского политического руководителя, и изучение трудов Ленина дало ему подсказку как поступить: он не мог остановить бардак в республике, он не мог ни отобрать оружие у молодых парней, шляющихся по Грозному, ни дать им работу. В этом случае оставалось одно: дать людям то, что они хотят и неважно, насколько дико это выглядит. Не можешь победить — возглавь и посмотри, что будет. Именно так — сделал Дудаев. Увы — чеченцы хотели резать русских… и он ничего с этим сделать не мог.
Почти сразу — он сделал две вещи. Первая — удалась. Вторая — стала причиной его гибели, просто потому что он слишком много знал.
Первая вещь — это превращение республики в некую черную дыру для финансовых транзакций (читай — махинаций). Пусть Дудаев не был хорошим чеченцем — но он был евреем и на этом мог играть. И играл. То, что просочилось в прессу — фальшивые авизо — было лишь верхушкой айсберга. Смешно думать, что авизо затеяли чеченцы — ну откуда им знать механизм работы банковской системы, тогда еще очень несовершенной. Но на чеченцев можно было много чего списать. Платой за это было то, что федеральный центр продолжал финансировать по сути отколовшуюся и явно сепаратистскую республику.
Вторая вещь — Конфедерация горских народов Кавказа.
Про эту организацию — сейчас почти забыли, про нее неизвестно почти ничего правдивого. А ведь в начале девяностых — это был мощнейший инструмент, позволявший разруливать интересы целом регионе, в перспективе — и не только в нем одном.
Конфедерация горских народов Кавказа была в августе восемьдесят девятого года в Сухуми. Сама по себе дата примечательная — очевидно, кто-то очень умный заранее готовил позиции
[138]. Антибританские позиции — не стоит думать, что в КГБ работали глупые люди — все всё прекрасно понимали, и на исламистскую заразу, идущую с юга — готовили «асимметричный» ответ. Второй съезд — был в девяностом году в Нальчике, на территории РСФСР. В момент крушения СССР и разгрома КГБ — нити управления, по-видимому, были утрачены и какое-то время, года два — КГНК жило своей собственной жизнью. Но потом — нити управления были восстановлены. Видимо, это произошло во время войны в Абхазии — уникальной войны, где Шамиль Басаев сражался рука об руку с русскими казаками и российскими военными.
Отвлечемся на минуту. Известно: все есть яд — и все есть лекарство, вопрос лишь в дозе. КГНК при умелом управлении и сильном государстве — могло стать мощнейшим инструментом вмешательства во всем регионе. И надежным заслоном исламистской заразе, которую сюда несли ваххабиты при прямой поддержке англичан и американцев
[139]. Наличие мощной боевой группировки, состоящей из подготовленных боевиков, способных перемещаться по всему региону, устроить теракт, восстание, путч, все что угодно… — и при этом юридически никак не связанной с Россией — ставило весь регион под контроль России. В третьем мире — а то, что к югу от России это третий мир — не уважают слова, там уважают силу. И страх. Ни одно государство в регионе не осмелилось бы затронуть интересы России, опасаясь силового ответа. А потом… потом ведь и на Ближнем Востоке проживают большие диаспоры выходцев с Кавказа. Очень большие…
Никто так не задумывался — а на что рассчитывал Хасбулатов, когда поднимал мятеж против Ельцина в девяносто третьем году? На то, что армия восстанет? На милицию? На стариков с палками, которые пенсию не платят? Ну смешно же…
Джохар Дудаев знал о Большой игре и встроился в нее. До последнего — он держал контакт с руководством России — которое тоже не имело определенной позиции по Чечне. Например, в обмен на неподдержку Хасбулатова в 93-м году ему, Дудаеву были даны широкие и вполне определенные гарантии независимого будущего Чечни. Согласно достигнутым договоренностям, Чечня должна была в конечном итоге встроиться в СНГ на правах независимого государства, валютой же — планировался российский рубль. Дудаев вовсе не хотел воевать с Россией, никогда не стремился к этому. Шла серьезная игра на Кавказе, о ее неоднозначности свидетельствует, например тот установленный факт, что когда отряды антидудаевской оппозиции и завербованные ФСБ российские танкисты штурмовали Грозный — на стороне Дудаева воевали русские казаки. До сих пор неизвестно, кто и при каких обстоятельствах продавил решение Ельцина начать войсковую операцию против Чечни. Но