Помни имя свое

Кавказе — очень большое значение имеет сила. Деньги тоже имеют значение — но они ничто перед силой, ведь если у тебя нет силы, то любой, у кого она есть может отнять твои деньги и сделать тебя лаем, рабом.
Шамиль Басаев и его люди — представляли собой грубую, однозначную силу. Они собирали на джихад — и все им давали, боясь смерти, вопреки общепринятому мнению очень немногие давали на джихад добровольно, это был чистый рэкет. Не дал — дом взорвут, тебя убьют, сына украдут. С Шамилем нельзя было нормально договориться и это пугало еще больше. Поэтому те, у кого было недостаточно силы, именно такой, грубой, однозначной силы в виде десятков, а то и сотен вооруженных родственников из тейпа — пускали его и его людей в свой дом. Ага, Абдалла приютил Шамиля — значит, они с ним в близких и Абдаллу трогать нельзя. Русская власть — была слабой и продажной, она не могла никого защитить — и защищались именно так. Шамилю не давали приют только те, кто был силен сам, кто был горд — но с ними разбирались федералы. Гордые — никому не были нужны.
Тогда то и был разработан Капкан. План операции базировался на двух основных моментах, которые должны были обеспечить его успех. Первый — в случае проведения какой-то важной и широкомасштабной операции Басаев какое-то время, причем довольно продолжительное время будет находиться на одном месте, для того, чтобы поддерживать связь с террористами с помощью мобильной связи и курьеров. Если он будет скрываться в такой момент, он потеряет лицо среди боевиков, он не сможет потом приписать эту операцию себе. Этого времени — должно было хватить, чтобы установить его местонахождение и успеть нанести один выверенный, хирургически точный удар. Для установления точного местонахождения лидера террористического подполья — были развернуты посты радиоразведки, в воздух были готовы подняться два разведывательных самолета. Второе — после того, как операция провалится — Басаев чисто инстинктивно захочет сменить убежище, появится отличный шанс зацепить его на дороге. И даже если операция не приведет к немедленной ликвидации Басаева — резервный вариант предусматривал сброс в среду боевиков информации, что Басаев либо сам продался, либо в его ближайшем окружении существуют русские агенты. Слишком много совпадений — начиная с девяносто девятого года в Дагестане, после чего была ликвидирована сама чеченская независимость. Это приведет к изоляции одиозного террориста и расколу в рядах его ближайших сторонников. Сам Басаев — тоже начнет проверки и казни своих сторонников — что последним не понравится. Рано или поздно — кто-то либо убьет его сам, либо сдаст федералам. Скорее второе — договоренность о его ликвидации уже была достигнута, а чеченскому сопротивлению нужны мученики джихада.
Приманка была жирной — сам Президент. Он должен был приехать, точнее — прилететь в Магас, столицу Ингушетии, после чего — на машинах проследовать во Владикавказ и уже оттуда — вылететь обратно в Москву. Визит планировался как секретный, ФСО практически не проводила подготовки — но опытные наблюдатели могли выявить активность по подготовке визита и в Магасе и во Владикавказе и на трассе. В последний момент — ингушские и осетинские гаишники должны были занять позиции на трассе, окончательно подтверждая версию визита. О том, что визита на самом деле не будет — никто не знал.
Вчера вечером — в Магасе сел Ил-76 и Ту-154 государственной авиакомпании Россия. Кортеж промчался по улицам Магаса ночью в сторону района вилл — где живут богатые ингуши. Примерно в десять часов по местному — эти машины должны были выехать в направлении Владикавказа.
Удочка была заброшена. Оставалось ждать поклевки.
Подполковник Михаил Теплов проснулся еще до рассвета, когда восходящее солнце еще не выкрасило в оранжево-желтый цвет отроги Большого кавказского хребта, который прикрывала застава. Вышел, привычно аккуратно затворил дверь. Попрыгал на месте, потом легким бегом пустился вокруг казарм, стремясь побыстрее прийти в нормальное физическое и боевое состояние за счет нагрузок. В темноте — злобно заворчали и залаяли сторожевые собаки.
Звонок раздался уже тогда, когда рассвело, подполковник закончил пробежку и в сторону модулей, где пряталась группа спецназа — понесли бачки с пищей. Они так опасались предательства, так опасались, что на одном из горных склонов окажется наблюдатель — что спецназовцы вот уже третий день не выходили из модулей.
Посмотрев на номер — а они пользовались сотовыми для связи — подполковник нахмурился. Это был номер Исы Исаевича, его рабочий, которым он пользовался как сотрудник милиции. Звонить с рабочего номера на номер легендированный, купленный на постороннего человека, раскрывая го — серьезный косяк.