На протяжении двадцатого века война не прекращалась ни на миг. Ожидая эпоху всеобщего благоденствия, на самом деле мы вступили в эпоху войн.Впрочем, двадцать первый век сулит нам еще более страшные испытания и новые войны, войны нового типа — непрекращающееся войны.Эти книги о нашем будущем… О летящих из прошлого камнях. О людях, решивших переделать мир.
Авторы: Афанасьев Александр Николаевич
«Когда они приходят, они устраивают помойку и говорят, что это райский сад. А потом — убивают тех, кто осмеливается им возразить». Это люди, для которых количество построенных мечетей важнее количеству построенных школ и больниц для детей бедняков. Это люди, которые лечат все болезни чтением первой суры Корана. Это люди, которые считают любовь преступлением, а женщину — разновидностью ходящего и говорящего животного. Это люди, которые превратили его родной Афганистан в кровоточащую рану, которые убили его родных. Это люди, которые превращают в шахидов тех, кто мог бы стать и космонавтами — а ведь в Афганистане был свой космонавт! Да… в это сложно поверить, но в разорванном войной и ненавистью на тысячу кровоточащих кусков Афганистане был свой космонавт! Генерал помнил то, что должен был давно забыть. И не прекращал мстить — последний солдат давно сгинувшей страны…
Я знаю свое место и несу свой жребий…
— Мне нужна встреча — сказал генерал — с теми из людей, кто сейчас контролирует страну. Передай им вот это, только так, чтобы не подставлять себя. Ты это сможешь?
— Думаю что да… — агент взял конверт… через рынок можно сделать все, что угодно.
— Мне нужна личная встреча. И быстрее…
Проспект Вали-Аср — является одной из главных, наиболее широких и загруженных улиц Тегерана.
Раньше его называли «проспект Шаха Пехлеви». Длинная и широкая магистраль, почти двадцать километров длиной, она берет начало на юге и пересекает Тегеран до самых предгорий, упираясь в район Джамаран на холмах — самый шикарный район Тегерана.
В отличие от юга столицы Ирана — здесь почти не было разрушений, даже витрины стояли нетронутые — на юге их давно разнесло ударной волной от взрывов, дыры были заделаны картоном и полиэтиленом. Здесь было много людей, тротуары не вмещали всех, для машин сейчас не хватало бензина, и все ходили пешком. Поражало количество молодежи, они толпились у витрин, где продавали контрабандную одежду, обувь, видеокассеты и фильмы с дисками и играми. Совершенно не похоже на воюющую страну.
Генерал пакистанских спецслужб Алим Шариф переночевал в отеле, название которого не знал и не хотел знать — туда он уже не вернется, хоть и заплатил за три дня. В кебабной, которую держал усатый и кучерявый армянин — он перекусил кебабом, заплатив за него втридорога от цены в Пешаваре — сказывалась блокада. Затем — он вышел и стал просто бродить по улицам, ожидая звонка на указанном в послании номере телефона. Телефон он держал включенным — он был куплен не в Пакистане, а в Таджикистане, заранее.
Звонок прозвенел.
На углу его окликнули. Он подошел, назвал себя. Контактер был один — ничем не примечательный молодой человек. Не спрашивая документов, он показал свои и поманил в проулок, где уже ждали…
Трое. Автоматы: два АКМС и один М4, которые в изобилии попадают в Иран из Ирака, скорее всего даже настоящий
[40]. Генерал назвал себя…
Для того, чтобы организовать эту встречу — были предприняты немалые предварительные усилия с обеих сторон. Генерал был здесь далеко не первым гостем из Пакистана. Несколько человек — пересекли ирано-пакистанскую границу как рабочие и торговцы, чтобы вступить в контакт со Стражами Исламской революции, после начала войны полностью взявшими под контроль страну. Тайно, с огромным риском — они наладили кагал связи, теперь информация — попадая в Исламабад через обширную сеть агентов в странах Залива — перекочевывала и в Тегеран, в строго дозированным порциях, конечно же. Первоначально — иранцы не верили пакистанцам. Они вообще никому не верили, а Пакистан им представлялся страной гастарбайтеров и торговцев — типично иранское высокомерие
[41]. Однако, когда стало ясно, что Аллах не спешит на помощь, что неверные и не думают унижаться и рассеиваться, а иранская ядерная программа оказалась пустышкой — они поневоле были вынуждены смириться и принять помощь от презренных пакистанцев.
Сегодняшний визит — должен был окончательно закрепить сложившиеся отношения…
Иранцы приблизились. Один из них имел странный прицел на своем автомате — скорее всего, комбинация оптического и лазерного прицела. Серьезные ребята.
Один из стражей — бросил вперед мешок, и он упал перед ногами генерала.
— Переодевайтесь. Полностью. Все свое сложите в мешок — потом вернем. Деньги можете оставить при себе, но только деньги, бумажник — в мешок…
Молодцы… Но не слишком. Генерал знал о том, что американцы уже разработали маяк слежения, который представляет из себя… денежную купюру. В качестве антенны — используется металлизированная полоса, один из защитных признаков настоящих денег.
Генерал не спеша переоделся. Одежда была простой и грубой — но подошла
