Помойник

Тем более что эти двое со свалки, Кривонос и Паша, оказались не на нашей стороне. Кстати, Володя, денег Виктора действительно у вас нет?
— У нас их полные закрома, — ответил я. — Но, конечно, нет. Вот вобьют себе люди чего-нибудь в голову и никак не переубедить их потом в обратном.
— Где ж они тогда?
— Откуда мне знать? Я же не ясновидящий, — пожал я плечами. — Слушай, Гарик, а что это за история произошла между Денисом и моим дядей? Ну, о которой упоминал Кривонос.
— Мне ничего о ней не известно. Денис не любит посвящать никого в свои секреты. Товарищ он скрытный. Да и не водили мы с ним никогда близкой дружбы. Скажу больше, он был мне даже несимпатичен. Нас объединяло одно только общее дело.
— Ладно, поверю. Ну а вы слышали чего-нибудь? — обратился я к Алексу и Фролику.
— Нет, — в один голос отозвались они.
— Володя, наскучило мне так сидеть. Все отсидел. Блохи, опять же, повсюду прыгают, — пожаловался Гарик, елозя на скамье.
— Ничем не могу тебе помочь. Привыкай.
— Что вы собираетесь с нами делать?
— Действуем по старому плану. Повезем, стало быть, вас в околоток. Тебе там понравится. Конкретно, в обезьяннике. Будут кормить, поить. По ночам разрешат спать, — пообещал я и попросил зятя: — Гера, дай мобильник. Я хочу позвонить домой и сказать, чтоб они там не беспокоились. Мы скоро вернемся.
— Дать-то я его тебе дам. Не трудно. Но что от него толку? Все равно ты по нему никуда не дозвонишься, — проворчал Гера и протянул мне трубку, треснувшую в нескольких местах. — Один из этих обормотов — кажется, Алекс — сломал мне мобильник во время драки. Убить его мало, жука колорадского! Такая дорогая штуковина, подарок Шуры на мой день рождения!
— Да не расстраивайся ты сильно. Куплю я тебе новую трубу, — буркнул Алекс.
— Как же, так я и поверил!
— Желаешь, напишу расписку?
— На кой шут мне твоя расписка?!
— Плохо, что у тебя, Гера, сломался мобильник. Очень это не во время. А у Дениса его, по-моему, забрал Кривонос, — вспомнил я.
— Точно, понравилась игрушка. Как ребенку. Возьми мой, — любезно предложил Гарик. — Только в нем садятся батарейки.
Я набрал на его трубке телефонный номер Татьяны и после первого же гудка услышал ее взволнованный, но, как всегда, красивый и мелодичный голос: — Кто это?
— Да я, я.
— Володя?
— Он самый.
— Почему ты звонишь по чужому телефону?
— Просто наш накрылся медным тазом.
— Бог с ним. Но почему вы никак не возвращаетесь? Мы здесь с Мариной с ума уж посходили.
— Едим. Считай, что мы в пути, — коротко ответил я и отключил мобильник.
— Давно пора, Володя. А с этим типом, что будем делать? — спросил Гера и указал кивком на Дениса, который, скорчившись, сидел в центре комнаты на полу и, словно заведенный, мотал головой.
— Кривонос крепко звезданул его прикладом. Прямо-таки по-зверски. К тому же он стукнулся затылком о половые доски. М-да, не повезло парню, — заметила Шура и, вздохнув, направилась к Денису.
— Пустяки, — авторитетно сказал я. — Со мной такое тоже бывало. Еще и хуже. Но ничего — выжил. Погрузим мальчика в машину и отвезем в участок. Там, в медпункте, его осмотрят. Если понадобится, положат в больницу. Но вряд ли. Сам оклемается.
Шура склонилась над Денисом, пощупала, безмолвно шевеля губами, его пульс и потрогала лоб. Потом взяла под мышки и попыталась зачем-то поставить на ноги. Но вдруг охнула и, схватившись рукой за грудь, сама неловко опустилась на пол. Я и Гера немедленно поспешили к ней на помощь.
— Ой, больно. Сердце у меня что-то защемило, — с трудом произнесла она, ловя воздух открытым ртом.
Вдвоем с Герой мы сначала осторожно пересадили Шуру на кровать, затем положили на нее.
— Гарик, такое дело. Есть здесь у вас какое-нибудь сердечное лекарство? — спросил я.
— Не-а, лекарствами мы не запасались. У нас все здоровые, — ответил за него Фролик. — За исключением вон сейчас травмированного Дениса.
— В моем джипе есть аптечка, — вспомнил Алекс. — Для гаишников. Чтоб не придирались.
— Так сбегай за ней.
— Ага, сбегай. Я же связан. Зубами мне открывать багажник, что ли?
Не говоря ни слова, Гера резко выпрямился, жестом позвал с собой Алекса и вместе с ним вышел из сторожки. Пока их не было, я поправил верблюжье одеяло, взбил подушку и поудобнее уложил Шуру на кровати. Принес ей стакан минеральной воды, найденной в пакете у стола. После сам примостился с края на кровати у нее ног. Немощный вид моей сестры не вселял в меня никакого оптимизма. В Вику, стоявшую тут же, с сочувственным выражением лица, вероятно, тоже.
— Не волнуйся, Володя, скоро отпустит. Отдохну немного, и отпустит, —