Попадалово

моей водки за встречу и начали говорить по существу дела. Вот и нашел себе первого бойца, в следующий раз хоть будет, кого у машины оставить, когда на разведку пойду.
Александр Петрович, а ведь время военное, так что призываю я тебя на действительную воинскую службу.
Ух, ты, как помолодела призывная комиссия.
Какая есть! Или возражения имеются? Родине служить никогда не поздно, а вы кадровый командир. Так что давайте собирайтесь, моя машина на улице стоит, боюсь без меня, ее найти могут.
Вот как раз возражений у меня нет, только вопрос. Ты, почему один ходишь?
Приходится, машину сопровождали всем отделением, когда пошел на разведку, пулеметы застрекотали, а вернувшись, увидел, что кроме меня и нет никого живого.
Похоронил?
Нет, машину угнать и документы собрать другие немцы могли, а вот если хоронить, то сразу понятно, что ктото выжил и с грузом ушел.
Правильно, ну ладно, насколько я понял груз надо спрятать?
Не только спрятать, но и своим передать. А часть придется уничтожить, приказ такой.
Ценный груз?
Какая разница, какой?
Просто винтарь у тебя странный, я такого никогда не видел, прицел длинный, приклад резной.
Если надо еще есть, а приклад с немца снял, удобней с таким ходить, да и подошел к карабину идеально.
Если так, то хорошо, дайка посмотреть.
Я достал магазин и отдал Тигра.
А досылать как?
Автоматически досылается патрон.
Мощная штука.
Мне нравится. Только бой, по сравнению с Мосиным, послабее.
Ничего, ты подожди меня пять минут, переоденусь, я теперь вроде на действующей службе нахожусь, цивильное снять надо и документы забрать.
Хорошее, подожду.
Так, теперь все стало на свои места, красный домик свой живет, синий враг народа. Ничего, начало положено.
Когда Петрович вышел изза занавески моя челюсть опала вниз. Орден Красного Знамени и Георгиевский офицерский крест. А форма то новая, сразу видно недавно выдана. Ничего себе, словил пенсионера. Порывшись в командирской сумке, я отдал Носову один ТТ, который тот сразу прикрепил к новой портупее, и кобура сразу у пенсионера нашлась. Когда он побрился, то оказалось, что лет пятьдесят, а не шестьдесят как я думал. Голому собраться только подпоясаться, так и этому красному командиру. Двадцать минут и все уже собрано в узлы, не нажил он, видать, за свою службу почти ничего.
Лейтенант, а что ты так подозрительно на меня смотришь?
Да так, проверяю. Слишком ты подозрительный, егерь, форма новая, кобура тоже не сильно старая. Вот и думаю кто ты.
Так я уже говорил, что егерь.
Ну, егерь, так егерь. Спорить не буду.
Лейтенант, я у тебя спросить хотел, с лицом у тебя что?
Начальник сказал, что под взрыв попал, а так я ничего не помню.
Тогда понятно, я уже о тебе думать нехорошее начал.
Старый сразу понял, что мне надо и показывал дорогу к болоту. Он за последние семь лет, как явился дембель, тут егерем подрабатывал. Буквально через тридцать километров проселочной дороги выехали на вырубку, оттуда на узкоколейку, с которой давно поснимали рельсы, потом вдоль берега болота, протаранили кусты и приехали в тупик. Передо мной была ряска, впереди болото, сзади ивовые кусты. По мне так место идеальное. Но старикан вышел из машины и махнул мне рукой, чтоб ехал за ним. Так и ехал по дороге яки посуху километров пять, и выбрались на небольшой островок. Да, со стороны это место и не заметишь, а на самом деле остров метров двести длиной, в сорок шириной. Дальше за камышами была чистая вода, как будто озеро внутри болота, вода коричневая, но чувствуется глубоко.
Откуда такое счастье?
Вот чего не знаю, того не знаю. Это болото все гиблым считают. Я его раз сто перейти хотел, но не удавалось, через десять метров топь начиналась. Так вот год назад я сюда поохотиться пришел, а у меня лось подранок по этой дороге побежал, я за ним. Так до острова дошел, его прикончил, а потом неделю выбраться не мог. Раз двадцать чуть не утонул. А когда выбрался, сюда часто приходить стал. Место тихое, никто не придет, не побеспокоит старого больного человека. А то ходят тут разные лейтенанты, потом в армию призывают.
Нет у него страха перед ГБ. Бывший мой, якобы, начальник к нему даже с уважением относился. Периферия, одним словом.
Первым делом я загнал машину в высокие камыши, пусть плохая маскировка, но всетаки сразу не разглядеть. После этого полез в кузов и вытащил на свет божий запасной комплект камуфляжа. Петрович был рад до ужаса. А когда я достал самый дешевый прицел и присоединил к его винтовке, то тот от счастья только из штанов не выпрыгивал. Все протирал его, гладил, подтягивал. Через несколько минут, не выдержав такого надругательства над точным прибором,