Попаданец

стоны срывались с губ. Голова металась по подушке, а руки конвульсивно сжимали простыню. Потом все ее тело содрогнулось от оргазма, и она обмякла. Только тогда я подтянулся повыше и скользнул внутрь ее лона уже готовым к бою орудием. Когда я задвигался внутри, Рина крепко обвила меня руками и ногами, а вскоре опять начала постанывать, покусывая нижнюю губку.
В общем, ночь явно удалась! Раза три еще я точно довел ее до оргазма. Засыпала девушка на моей груди полностью обессиленная и удовлетворенная. У меня проблем со сном тоже не возникло.
Остаток ночи пролетел как один миг. Проснулся от нежного поглаживания моей щеки чьими-то теплыми пальчиками. Приоткрыл один глаз и увидел мечтательно улыбающееся личико Рины. Она ойкнула и поспешила убрать руку.
— Простите, тирр Аллин. Я вас разбудила?
— Ничего страшного, — я потянулся всем телом, стряхивая остатки сна. — Все равно мне нужно уже вставать и идти на тренировку.
Перехватив ставший каким-то странным взгляд девушки, я насторожился.
— Что-нибудь не так?
— У вас глаза, кажется, стали немного другого цвета. Я еще вчера заметила, что они какие-то не такие. Но сегодня особенно видно. И волосы чуть светлее стали.
— Это магия, детка! — постарался я придумать разумное объяснение не только для нее, но и для остальных. — При пробуждении и развитии магического источника всякое бывает.
Сам же поспешно встал с кровати и двинулся в ванную.
— Вам помочь? — услышал вслед голос Рины.
— Нет, сам справлюсь. Ты можешь идти.
Если бы не ее слова об изменениях, перебившие мне весь расслабленный настрой, может, снова позволил нам маленькие радости. Но сейчас не до того было. Это простой служанке я могу втирать всякий бред про то, что изменения во внешности могут быть из-за магии. Но поверят ли в это остальные? Что если заподозрят неладное?

В ванной я долго и придирчиво рассматривал свое отражение в зеркале. Рина права! Глаза, которые еще вчера имели голубой цвет, приобрели отчетливый синеватый отлив. И похоже, на этом изменения останавливаться не собирались. Черты лица тоже менялись, приобретая еще большую правильность и завершенность. Волосы стали светлее. Еще вчера они были пепельные, а сейчас уже ближе к настоящему нордическому блондину.
Проклятье! И как мне к этому относиться?! Тут я замер и выругался. Сам ведь выбрал шкатулку, обещавшую мне привлекательность в глазах женщин. Похоже, прежняя внешность не слишком удовлетворяла нужным параметрам!
Чтобы проверить свои подозрения, я осмотрел и тело. Тут тоже не обошлось без изменений. И вряд ли на это повлиял всего один день интенсивных тренировок. Такого просто не могло быть. Даже здешние маги-целители не способны на подобные корректировки. Они могут подправить повреждения и вернуть тело к прежнему виду, но не изменить его радикально. А у меня начали появляться мускулы в нужных местах, тело становилось упругим и подтянутым. Не как у тяжелоатлета, а скорее, гимнаста или акробата. Сделав пару шагов, я обнаружил, что даже походка меняется, когда я себя не контролирую. Становится более плавной и пружинистой, как у опасного хищника. Во что же я превращаюсь?! Даже не знаю, радоваться или нет. Предпочел бы не быть слишком заметным, пока не добьюсь хоть какого-то устойчивого положения в новом мире.
Нужно первым затронуть эту тему в замке, пока не начались подозрительно посматривать и коситься. Что и не стал откладывать.
Сразу после интенсивной тренировки с лейтенантом, который гонял меня нещадно и вымотал так, что я едва до трапезной добрел на завтрак, решил поговорить с матерью. Применил целительский артефакт и почувствовал себя лучше. Когда в трапезную вошла тирра Беатриса, встал при виде нее и поприветствовал почтительным кивком уже вполне уверенно. Дождавшись, пока мы оба утолим первый голод, я осторожно спросил:
— Мама, ты ничего во мне нового не замечаешь?
Она придирчиво окинула меня взглядом и пожала плечами.
— А должна?
— У меня глаза, волосы и даже черты лица начали меняться, — в некотором недоумении проговорил.
— Да, действительно, — присмотревшись получше, отозвалась тирра Беатриса. — Но ты у меня и так всегда был красавчиком! Только теперь это еще более очевидно.
Мысленно хмыкнул. Похоже, для любящей матери ее дети и правда самые красивые.
— И все-таки? Разве такие изменения нормальны?
— Я о таком не слышала, — наконец, восприняла она мои слова серьезно и нахмурилась. — Думаешь, это может быть опасно?
— Да нет, я не об этом.
Едва не закатил глаза.
— И все равно я лучше