Попаданец

сына.
— Рад это слышать, — сказал в итоге, пока я усаживался за стол и приступал к трапезе. — Думаю, твоей невесте изменения в тебе придутся по душе, Аллин.
Аппетит мгновенно пропал, и я отложил ложку, в которую успел зачерпнуть суп из морепродуктов.
— Отец, мне бы хотелось после обеда кое о чем с тобой поговорить.
— Вот как? — тот иронично хмыкнул, возвращаясь к еде. — Если будешь отговаривать от помолвки, то это бесполезно. Мы с лерром Артримором уже обо всем договорились. Через пять лет ты перейдешь в их род и сменишь фамилию. Для них уже большая честь — породниться с тиррами. Взамен они отдадут нам не только приличный земельный надел плодородными землями и рудную шахту, как оговаривалось раньше, но и серебряный рудник.
Значит, вот за что меня продали?! Едва не заскрежетал зубами. Ощущать себя породистым щенком, которого решили выгодно пристроить, было не слишком приятно. И все же я заставил себя проглотить свое возмущение. Сейчас важнее всего добиться согласия отца на отправку меня в Академию. А там посмотрим, кто кого!
— Нет, я хотел поговорить о другом.
— Тогда говори сейчас. После обеда я сразу уезжаю. Нужно проверить, как идут дела у наших арендаторов. Что-то последние поступления от них оставляют желать лучшего.
— Хорошо, — сухо отозвался я. Отец отлично показал, что тратить лишнее время на столь недостойный объект считает нецелесообразным. Тогда и я не буду тянуть резину! — Я хотел бы этой осенью тоже поступить в Академию магии, как и Арьяна.
Тирр Велдон неопределенно хмыкнул.
— Не вижу в этом необходимости.
— Почему? Я мог бы развить свой дар и научиться лучше им управлять.
Отец сделал знак слугам, прислуживавшим за столом, оставить нас. Дождавшись, пока все уйдут, сказал:
— Буду откровенен. Вкладывать такие огромные средства в твое обучение я не вижу смысла. Во-первых, ты через несколько лет перейдешь в другой род. Получается, деньги, потраченные на тебя, просто вылетят в трубу. Во-вторых, твой потенциал более чем скромен. Будь это не так, я, возможно, и пересмотрел свой взгляд на твое место в нашей семье. Но принести большую пользу роду ты не сможешь при всем желании. Даже артефактором приличным не станешь. Конечно, были у меня надежды, что проявишь себя как-нибудь в качестве ментального мага. Но судя по словам твоей матери, эти способности в тебе так и не открылись. Пусть и потенциально могли бы. Вывод очевиден: единственную существенную пользу, которую ты можешь принести роду — выгодно жениться.
Сурово! Внутри все кипело от слов этого высокомерного типа. То, насколько он не верит в собственного сына, задевало за живое. Ведь так уж сложилось, что в этом мире я таковым и являюсь. Тут еще сработали и гормоны Аллина. Юное тело было более несдержанным и эмоциональным, и не всегда мой мозг мог с этим справляться. Так что я просто не выдержал. Забыв о собственных здравых рассуждениях о том, что для начала следует взять максимум из того, что может предложить мне эта семья, я вскочил на ноги и выпалил:
— Раз так, то я не желаю больше оставаться частью этой семьи. Ни дня больше! Сам поступлю в Академию и приобрету профессию, которая сможет меня кормить. В вашей же помощи я больше не нуждаюсь.
Сказав это и не дожидаясь ответа, я покинул столовую. Выскочил как ошпаренный. Так, словно за мной куча чертей гналась. Добежав до своей комнаты и захлопнув за собой дверь, прислонился лбом к стене. Тяжело дыша, пытался унять бушующую внутри ярость. Только чуть успокоившись, понял, что натворил. Рвать так резко и грубо связи со столь влиятельной семьей — крайне неразумно. Но и отступать от принятого, пусть и на эмоциях, решения я не собирался. Это бы означало, что нужно идти к отцу и умолять о прощении. Ну нет! Лучше и правда попытаюсь всего добиться сам. Да, будет трудно, но зато я не утрачу элементарного самоуважения.
Мать пришла ко мне через пятнадцать минут. До этого, очевидно, пыталась замять конфликт и успокоить отца. Иначе бы явилась сразу. В этом я даже не сомневался.
Лицо у тирры Беатрисы было взволнованным, на щеках выступили красные пятна.
— Мальчик мой, что же ты натворил?! Разве можно так с отцом разговаривать? Лучше бы предоставил мне возможность постепенно его склонить к мысли о твоей учебе. Я бы смогла подобрать правильные слова.
— Сказанного не воротишь, — резонно заметил я. — Да и не хочу я больше прятаться за твоей спиной.
— Отец сказал, что дает тебе время до утра все хорошо обдумать. Если придешь к нему с повинной и пообещаешь больше не устраивать подобных глупых бунтов, он, так уж и быть, сделает вид, что ничего не было.
— А если нет? — жестко усмехнулся я, понимая, что этот вариант точно не для меня.