Попаданец

и решил насладиться по полной бесплатным цирком. Уже догадываюсь, зачем Велдон Мердгрес их притащил!
— Рад, что тебе уже лучше, сын, — сухо проговорил тирр. — Надеюсь, вскоре от этого досадного инцидента не останется и следа. А у лерры Иланы есть, что тебе сказать.
Я с интересом рассматривал так называемую невесту. Из восприятия Аллина она рисовалась едва ли не стихийным бедствием. Сам же я видел перед собой обычную рыжую девчонку с довольно соблазнительной фигуркой и грудью третьего размера. Мордашка симпатичная, но не более. А вот взгляд карих глаз мне категорически не понравился. Полный неприязни и презрения в адрес моей персоны, на которую, она, наконец, соизволила посмотреть. У Нины глаза были такие же, когда я увидел их перед смертью. И эти ассоциации не вызывали у меня приятных эмоций. Так что раз и навсегда решил для себя — свадьбе с Иланой не бывать! Не нужна мне жена, которая в любой момент готова вонзить нож в спину или, в ее случае, поджарить огненной магией.
— Я хотела бы принести вам свои извинения, тирр Аллин, — едва не скрежеща зубами, настолько тяжело дались ей эти слова, проговорила девушка. — Больше подобного не повторится. Рада, что вам уже лучше.
Арьяна — хорошенькая блондинка с голубыми глазами, насмешливо фыркнула, но под строгим взглядом отца тут же приняла невозмутимый вид. Внешность «сестрички» я тоже оценил. Пожалуй, посмазливее подружки будет. А вот фигура подкачала. Грудь даже до второго размера не дотягивает. Но определенная прелесть в ее изящной хрупкой фигурке присутствует. Впрочем, она еще растет. И наверняка со временем станет еще больше похожа на тирру Беатрису. А у той с женственностью все в порядке.
— Ваши извинения приняты, лерра Илана, — понимая, что нужно хоть что-то сказать, а то пауза чересчур затягивается, сказал я.
— Вот и отлично, — скупо кивнул отец. — Ну что ж, девочки, не будем долго утомлять Аллина. Ему нужен покой. Пойдемте, обсудим кое-какие детали, связанные с вашим скорым отъездом.
С видом смиренных паинек обе склонили головы и последовали за тирром Велдоном. Мать же, молча наблюдавшая всю эту сцену, неодобрительно покачала головой.
— Ох, и не нравится мне выбор твоего отца, мальчик мой!
— Да мне тоже не особо, — хмыкнул я.
— Будем надеяться, что подвернется что-то получше, — прищурилась тирра Беатриса.
А я понял, что мать приложит все усилия, чтобы убедить отца подыскать мне другую невесту. Вот только сам я вообще не стремился связывать себя узами брака с кем бы то ни было. Нахлебался уже!
Через какое-то время мать тоже оставила меня, давая возможность нормально поспать. Но не успел я погрузиться в дрему, как в дверь снова постучали.
Ну что ж это за проходной двор-то?! С неудовольствием выкрикнул разрешение войти, о чем тут же пожалел, опять увидев Илану.
Убедившись, что, помимо меня, в спальне никого больше нет, она фурией залетела внутрь и нависла надо мной, яростно сверкая карими глазами.
— Запомни, слизняк, я лучше самолично тебе глотку перегрызу, чем позволю ко мне прикоснуться! Ты понял?! Так что в твоих же интересах убедить отца передумать насчет нашей свадьбы! Времени у тебя на это будет вполне достаточно, пока я буду на учебе.
Я иронично подумал о том, что тот особый дар, которым якобы наделил меня Наблюдающий, как-то не спешит проявляться. И конкретно у этой особи противоположного пола я вызываю одно лишь желание — придушить. Ну, или уничтожить любым другим доступным способом.
— Да я и сам не горю желанием ложиться с такой стервой в одну постель, — с сарказмом отозвался я.
— Ах ты тварь! — почему-то мои слова ее настолько оскорбили, что снова с катушек слетела.
Кинулась на меня с растопыренными пальцами, с которых, между прочим, огненные искры сыпались.
Едва успел перехватить запястья девушки, прежде чем она попыталась выцарапать мне глаза. Тут же зашипел от боли в обожженных ладонях. Ох, и сильная же гадина! Понял, что мне с ней точно не справиться. И пусть Илана, как и многие маги, не уделяла внимания физическим тренировкам, но благодаря магически укрепленному организму сил у нее хватало. Еще пара секунд — и я точно останусь без глаз! И даже то, что зрение мне наверняка вернут с местными-то умельцами-целителями, оптимизма не внушало.
Охватили какая-то дикая ярость и протест. Надоело постоянно получать оплеухи от баб, пусть и раньше это было чисто в психологическом смысле. Хватит! Больше ни одной полоумной стерве не позволю так со мной обращаться!
Не знаю, что произошло в следующий момент. Сам до конца не понял. Мои руки внезапно засветились почти так же, как и у Иланы. Только цвет был не оранжевый, а какой-то непонятный, словно радужный.