«Попаданец» специального назначения. Наш человек в НКВД

с ними зависит от того, на чьей стороне воевал их предок. Если на нашей, то контакта не будет! У их тейповой, клановой структуры общества есть большой плюс – уважение старших, патриархов рода. Не поверю, что внук или правнук пойдет служить тем, с кем боролся их предок, без одобрения патриарха. А такое одобрение он навряд ли получит. А вот при другом варианте вполне вероятно и худшее развитие событий. Та же ситуация и с другими кавказскими республиками. Единственное, больше шансов не пойти на сговор с немцами в случае с осетинами. Мне так кажется, – я, забывшись, развел руками и замолчал.
– А что думаете вы, Александр Николаевич? – Берия обратился к Мартынову. – Какое у вас сложилось мнение?
Мартынов почти мгновенно ответил. Видимо, он, хорошо зная наркома, заранее сформулировал свой ответ.
– В целом я согласен с предположениями Стасова. Но меня смущает один момент. Почему мы сразу отбрасываем версию о том, что это не просто бандиты, а государство? Вернее, не само государство, а какая-то из его структур, коррумпированных структур. Судя по информации, полученной от Стасова и Максимова, такое вполне возможно, хоть и маловероятно. Даже разношерстное оружие ложится в эту версию, как и в чисто бандитскую. Повторюсь, что это маловероятно, но вполне возможно. И мы не имеем права упускать из виду этот вариант.
– Вы правы, Александр Николаевич. Не имеем права. – Берия снова переключился на меня. – А как вы считаете, поступило бы правительство России, получи оно доступ в наш мир? Меня интересуют именно ваши предположения, ощущения. Не торопитесь с ответом. Подумайте…
А действительно, как бы поступил Медведев (или все же Путин?), получи они доступ в этот мир? То, что перебздехнули бы капитально, это точно! А вот как бы действовали?
– Не знаю, Лаврентий Павлович. Сами понимаете, я в кругах тамошних чиновников не вращался, разве что, с низовыми, городского, районного уровня. Но думаю, что очень сильно бы испугались. А в страхе наворотить можно о-го-го сколько! И мне кажется, что мог наступить раскол в их рядах. Между чиновниками и силовиками. Не на самом верхнем уровне, а немного пониже. Особенно это коснулось бы армии. Несмотря на все дерьмо, вылитое на Советскую власть и войну, большая часть армии пошла бы на максимально возможный контакт с нашим миром. Естественно, в том случае, если бы информация прошла вниз. А она бы прошла обязательно! При том уровне коррупции и бардака, существующем в той России, иначе невозможно. Гораздо опасней, если такая информация попала бы к штатовцам. Вот тут возможно все, что угодно! Вплоть до прямого вмешательства и применения ядерного оружия.
– Что ж, хорошо, – Берия обратился к Меркулову. – Что скажешь, Всеволод Николаевич?
– В целом совпадает с выводами, сделанными аналитической группой, Лаврентий Павлович. – Меркулов заглянул в папку, лежащую перед ним. – Немного поверхностно, но, по сути, верно.
– Хорошо, Стасов. Вы можете быть свободны. Работайте дальше.
Вернувшись от наркома, я достал стопку очередных бумаг, но приступить к работе не мог. Слишком много всего крутилось в голове. То, что наши попытаются перехватить налетчиков, было ясно с самого начала. А вот то, что перехватом не ограничатся, до меня дошло только теперь. Может, я и вправду банальный дурень? Ведь и ежу понятно, что Сталин попытается захватить прибор или аппарат, открывающий дверь в другой мир. Ведь это такие перспективы открывает для него, что страшно становится! Одни послевоенные архивы чего стоят в плане воздействия на мировую политику! Пусть мир другой, пусть война идет по другому сценарию. Но люди-то в основном те же! Логика развития та же самая. А доступ ко всем технологиям того мира? Сколько сэкономит сил, средств, времени! Убережет от тупиковых вариантов в науке и технике, да море всяческих плюсов! Только вот хочу ли я, чтобы у Сталина появился доступ в мой бывший мир? Теперь не знаю… Я уже почти два года здесь, всякого насмотрелся, многое узнал и понял одно. Если Сталин не изменит политику партии и законы, будет страшноватое будущее. Не по Троцкому, конечно, но страшноватое. Как бы там ни было, я и сам являюсь сотрудником «аппарата подавления». И «девственности» лишился в тот момент, когда сообщил о Хрущеве. Ведь реально понимал, что вместе с ним уберут еще кучу людей, но считал – так будет правильно. Да и теперь считаю, что правильно поступил. Но что будет дальше? И как оно будет? Кое что, конечно, меняется, и меняется в лучшую сторону. Но как же медленно! Последнее время по управлению ходят слухи о нескольких новых законах, готовящихся к опубликованию. По одному, напрямую касающемуся нас, будет запрещено рассматривать анонимные доносы граждан. И если по итогам проверки выяснится,