Попаданец

они приблизились на расстояние двадцати ярдов. Только сейчас почувствовал, как «котлета» сигналит об опасности. В голове всплыли рассказы старца Леонарда о гигантских насекомых, вспомнились муравьи, легко несущие палатку. И как я умудрился позабыть об этом?
Пчела размером с дебелого быка неслась прямиком на меня, норовя сбить. От изумления или страха, тут так просто не разобрать, я застыл, как вкопанный. Бах! И вот я уже висел на морде у пчелы. Во всю глотку кричал что-то нечленораздельное, держась за усики-антенны. Другая полосатая влетела в нас, я машинально дёрнул усики вниз, и мы начали снижаться. Выходит, так можно управлять крылатым чудищем! Вариантов немного: либо залезу, либо разобьюсь. А что тут решать? Бездействие автоматически приведёт ко второму. Исполнив прыжок не хуже циркового акробата, оказался на груди у твари (да, я ничего не перепутал, там, где у нас находится спина, у них — грудь). Усики пришлось отпустить, а зря — теперь пчела сама решала куда лететь. Мы понеслись в самую гущу сражения. Увидел, как друзья отбивались от агрессивно настроенного роя, нельзя сказать, что успешно: двое орков уже выбыли из строя. Пчела подо мной неслась всё быстрее, дотянуться к антеннам стало ещё сложнее, но я попробовал. Первая попытка оказалась неудачной, с трудом удержался, а вот во второй раз — получилось. Я притянул усики друг к другу и сжал правой рукой, будто рычаг, а левой достал из ножен меч.
— За Россию-матушку! — влетев в тучу врагов, крикнул я. Пускай кроме меня никто не оценил патриотического призыва, но я и не рассчитывал — всё случайно вышло.
Обезумевшие от моей наглости пчелы переключились на вашего покорного слугу. Одни пытались достать жалом, другие сбить брюхом. Маневрируя между вражеской авиацией, бил по антеннам и крыльям: без них полосатым придётся спуститься на землю, а там бронированный Жора размажет любого. В общем, я потратил не так уж и много времени, чтобы подрезать каждую пчелу.
Признаюсь, мне понравилось летать, рассчитывал когда-нибудь повторить свой героический подвиг. Последнего противника сокрушил, совершая «мёртвую петлю». Хотя нет, на последнем я сидел. Понимая, что как только отпущу антенны, насекомое попытается прикончить, спустился максимально низко к земле и ударил по крыльям. Хоть нам практически не пришлось падать, так как высота была не больше метра, от соприкосновения с землёй трухануло как следует. Почувствовав под ногами твёрдую опору, развернулся и нанёс сокрушительный удар по пытавшемуся подняться противнику.
Не теряя времени, побежал на помощь друзьям. Как я и предполагал ранее, облаченный в мифрильные латы Фонарь умело размахивал дубиной, рядом с ним храбро сражались Железный Кулак и Аша. Кареглазая волшебница посылала в желто-черных огненные искры. По всей видимости, в её арсенале это самое опасное заклинание. Так и не сумев сообразить, как драться без крыльев, насекомые крутились на месте. Оно-то и понятно, нелегко, когда глаза спереди, а жало сзади. Но как часто я слышал во дворе от сверстников: проблемы индейцев вождя не волнуют. Вот и не напрягался: бил жужжалок не церемонясь. Общими усилиями мы уничтожили пчелиный рой.
Пускай наш отряд и одержал победу, но для радости причин не было: одного из орков в начале боя ужалили в грудь, яд угодил в сердце воина. Как ни пыталась Аша спасти его — ничего не вышло. Ещё трое не могли продолжить путь, вовремя обработанные раны хоть и не угрожали жизни, но не позволяли долго сидеть в седле.
— Железный Кулак предлагает устроить привал, — опечаленно произнёс сын вождя. — Железный Кулак желает похоронить Серого Камня, как подобает воину зелёного племени.
Я утвердительно кивнул, сам был не прочь отдать дань героизму павшего орка. Мы свернули с дороги вглубь леса. Шли пока не наткнулись на цветастую поляну. В одной части разбили лагерь, в другой решили устроить прощания с погибшим. На моей памяти вторые похороны в лесу. Первые были леди Финеллы, госпожи нашей хоть и ворчливой, но всё же славной Хани. Я тогда только прибыл на Астер и ещё не понимал, насколько жестоки и беспощадны обитатели патриумов. С тех пор прошло немало времени, я сильно изменился, поднаторел в интригах, стал более жестким и решительным. Постоянные бои закалили дух, приучили к виду смерти. Да и костлявая ко мне притёрлась, теперь мы виделись чуть ли не каждый день, она стала будто невидимой спутницей моих странствий.
Размышляя, смотрел, как Серого Камня уложили на сухие ветки — орки сжигали павших воинов. Железный Кулак произнёс короткую, но душевную речь. Слушая его, рыжая всплакнула на груди у Жоры. Подождали, пока огонь не угаснет, затем вернулись в лагерь. Хани достала из чудо-сумки вяленое мясо и сушеные фрукты.
— Обещаю