Попаданец

округлила глаза до невозможного. Молодец, девочка моя. Подъём отменяется!
— Ещё ка-к-к-к-кой злод-д-дей!
— Да, Бздитус, мы тебя поняли, — насмешливо сказал Мутнодум. После короткой паузы он продолжил, — известно ли тебе, что в своё время Леонард отыскал за пределами Астера очередного избранника Ока Судьбы? Он привёл в наш мир проклятого Искара, подло убившего Седрика и Госвинду.
Ёшкин кот! Леонард мог и предупредить меня о тесном знакомстве с шестируким гигантом. Иногда недоговорить — одно и то же что обмануть! Непорядочно получилось с его стороны, ох, как непорядочно. Ничего, ещё успеем разобраться с волшебником.
— Не знала, советник.
А что она могла ещё сказать? Даже я чувствовал, как колдун уничтожает рыжую морально, ещё немного, и она разревётся.
— Надейся, чтобы твой хозяин был из Радикулитуса, если же нет, то вас ожидает жестокая расправа.
Перспектива не самая многообещающая.
— Бросьте, сов-в-ветник, граф Ник н-н-настоящий герой, ему уд-да-алось спасти наслед-д-дника от нем-м-минуемой см-м-мерти, — поторопился заступиться за меня заика.
— В отличие от тебя, любезный Бздитус, я видел это своими глазами, а не валялся на земле. Ты бы лучше помалкивал, два разочарования за столь короткий срок — непростительная ошибка с твоей стороны, ученик. Да, и выпей, наконец, зелье, чтобы нормально разговаривать, тебя же невозможно слышать!
— Пр-р-ростите, советник. Не усп-п-пел ещё.
— Девочка, как только твой господин проснётся, немедленно оповести, — твёрдо произнёс Мутнодум. — Идём, Бздитус. Наверное, нас уже заждались.
Послышался шум захлопнувшейся двери. Надеясь, что кроме Хани здесь никого больше нет, я приоткрыл глаза и осмотрелся. Нехилые хоромы, скажу я вам, нечета моей лачуге в общаге. Всё было обставлено в лучших традициях Средневековья.
— Рыжая, что за грусть на милом личике? Настала пора ликовать — я жив, правда, не совсем здоров, но всё же! — решив привлечь внимание задумавшейся девчонки, произнёс я.
— Милорд! Так вы подслушивали всё это время? — Хани прижалась к моей руке. — Я уже так распереживалась… Ума не приложу, чтобы я без вас делала?
— Так ты боялась остаться одна или за своего господина? — ехидно поинтересовался, подмигнув девчонке.
— Как вам не стыдно?
Она вытерла рукой слёзы радости и обиженно надулась.
— Не переживай, если со мной что-нибудь случится, то пойдёшь к почтенному Фонарю, белобрысый рыцарь смотрит на тебя влюблёнными глазами.
— Правда? Как мило… Только не смогу я к нему пойти. — Последовала новая порция рыданий. — Сегодня вечером барона фон Арна собираются судить, скорее всего, ему отрубят голову!
— Судить? Отрубят голову? Да за что такое наказание?
Вот так новость. Моему огорчению не было предела.
— Пока вы весь день отлёживались в постели…
— Кхе-кхе!
— Извините, неправильно выразилась! Пока вы набирались сил после тяжелой битвы, я услышала, что в вино, которое раздавали на площади, добавили волшебное снотворное. Даже если вы сделали один малюпусенький глоточек, то ровно в десять вечера свалитесь с ног и проспите до утра.
— Так и знал, что без магии не обошлось, но только, причем здесь Жорик?
— Жорик? Странновато звучит, но мне нравится. Так вот, он как младший начальник стражи должен проверять обозы приезжих вместе с армейскими магами. Видимо, снотворное им распознать не удалось. Ко всему прочему, на барона повесили и прокравшихся в Алькасар нелюдей, как будто он один в этом повинен. Его обвиняют в сговоре с врагом, а за покушение на королевскую семью лишь одно наказание — смерть.
— Подожди! Он ведь рубился с уродцами, рискую жизнью не меньше других. Разве этого мало, чтобы доказать невиновность?
— Если бы не рубился, то уже обезглавили бы, а так суд.
— Нашли козла отпущения, одним словом, — почесывая заросший подбородок, подытожил я. — Когда и где суд? Кто адвокат? Кто прокурор?
— Э-э-э… Суд пройдёт здесь.
— Человек-загадка, я ведь минуту назад пришёл в себя! «Здесь» — это где?
— Хватит орать на меня! Злые вы все! Слово хрупкой девушке сказать не даёте! — не выдержала Хани. — Будто я знала, в какой момент вы очухались. Милорд, разве непонятно: мы в замке. Колдуны куда-то спешили, скорее всего, на суд, который уже начался. А вот насчет всего остального я вам сказать затрудняюсь… Уж извините, но не ведаю ваших «адвокат» и «прокурор», — закончила она измученным тоном.
— Картина ясна! Тогда собираемся, да поскорее! Нужно отвоевать барона, пока не поздно.
— Вы серьёзно сможете спасти Жорика?
— А почему бы и нет! Вот бы только с постели подняться.
Легко сказать, каждое движение давалось