Бойся своих желаний, они могут сбыться. Мечта Аллы попасть в другой мир прямо в руки короля исполнилась. Кажется, счастье вот оно, хватай кольцо и беги в спальню. Но его величество уже занят. И герцог тоже. А тебя выдают замуж за… Ну, уж нет! Так мы не договаривались! Придется идти к счастью другим путем.
Авторы: Цветкова Алёна
У меня в рюкзаке остались огурцы и помидоры.
Кажется, я все таки разбудила господина Орбрена, когда выползала из его объятий, потому что он уже развел огонь, вбил в землю ветку с сучком и достал из своих сумок мешочек с цветочной кашей. Словно намекая, что нужно согреть воду и заварить эти треклятые цветочки. А в чем? Я огляделась, никакой посуды. Хоть в горсти воду грей.
— Залезай под одеяло, — господин Орбрен подкрался неслышно, — холодно же.
Обошел меня и подвесил закопченный котелок над костром. А совсем мокрую холстину на ветку… и тут я покраснела. Я же раньше так делала, когда мы с зайкой-алкоголиком купаться ходили: вытиралась одной стороной полотенца, а он другой. И сейчас поступила так же. Неосознанно. Кошмар меня подери! Хорошо, что окна так и стоят вокруг меня, закрывая мысли.
— У тебя отлично получилось, — сказал он, пристально оглядев меня, — я больше не слышу, о чем ты думаешь. Интересно, почему ты не умела прятать мысли от других? У вас разве принято думать вслух?
— У нас никто не умеет слышать, о чем думают другие люди, — я закуталась в одеяло. От него пахло господином Орбреном. Это просто ужас какой-то.
— Почему? — Он с хрустом ломал ветки, чтобы подкинуть их в костер. Их осталось совсем мало, и если мы хотим остаться здесь, пока идет дождь, после завтрака нужно будет идти за дровами.
— У нас в мире нет ни магии, ни Даров, ни Ведающих… пока не поселилась в Гвенаре, я даже не знала, что такое бывает на самом деле. У нас это всего лишь сказки.
— То есть ты не знаешь, как управлять своими силами?
Подложив дрова в огонь, он сел напротив меня у костра и принялся обстругивать палочку, стряхивая стружку прямо в жадное пламя. Наверное, нож тоже был у него в сумках. Господин Орбрен оказался готов к моему путешествию гораздо больше, чем я.
— Нет, — я помотала головой, — я даже не знала, что они у меня есть. До вашего рассказа вчера вечером.
— Но ведь уже управляла стихиями?
Костер разгорался, стало немного суше и теплее. И вода в котелке покрыла пузырьками стенки посуды, готовясь закипеть.
— Никогда в жизни.
— Разве? — он удивленно приподнял брови, — я видел это своими глазами. Вчера деревья расступались перед тобой, овраги поднимались, а холмы выравнивались. И ты сворачивала пространство. Именно потому мы так быстро оказались здесь. Кстати, куда ты бежала? — господин Орбрен ловко поддел котелок с закипевшей водой, опуская его на землю, насыпал горсть синих цветков и размешал палочкой.
— Не знаю, куда-то… а вы уверены, что это делала я?
— Уверен, Малла, — он достал из сумки ложку и подвинул котелок мне, — я тоже Ведающий. И я видел.
— Вы Ведающий? — я распахнула глаза, — правда?
— Правда, — улыбнулся он уже второй раз. Не иначе в лесу что-то сдохло. — Бери, ешь. У меня только одна ложка и один котелок. Так что ты первая.
— У меня овощи в рюкзаке, — пробормотала я, осторожно подтаскивая горячий и покрытый свежей сажей котелок ближе. Господин Орбрен кивнул, залез в рюкзачок и ловко разрезал помидоры и огурцы, складывая половинки на сдернутую с ветки мокрую холстину.
— Если вы Ведающий, то почему об этом никто не знает? — я подула на кашу. Есть хотелось так же, как знать, что, вообще, происходит. — мне Салина совершенно точно рассказала бы об этом.
— Кому надо, те знают, — усмехнулся он, — а остальным не обязательно.
— Почему?
— Потому что не только наши шпионы есть в Хадоа, Малла, — вздохнул господин Орбрен, — но и их у нас. Ешь, я за дровами. Нам еще его светлость сидеть и ждать.
Я замолчала. Небо хмурилось, прорехи в тучах совсем пропали. И воздух потяжелел от влаги. Вот-вот начнется дождь. И это не самое лучшее время для прогулки. Хотя, я снова, закрыв глаза, осмотрела округу, его светлости нет.
Насытившись, я отодвинула котелок, поставив его на угли, чтоб не остыл, и, хрустя огурцом, тянула время. Вылезать из-под теплого одеяла и идти в холодный мокрый лес за дровами ужасно не хотелось. И не пришлось. Господин Орбрен справился сам, в два приема натащив кучу веток и бревен раза в два больше моей вчерашней.
— Господин Орбрен, — вырвалось у меня, когда он уселся завтракать, — идемте сюда, под одеяло, вам же холодно.
Я сошла с ума, кошмар меня подери! Язык мой — враг мой.
Под одеяло господин Орбрен залез только, когда доел кашу, помыл котелок и соорудил навес над костром. А я все это время приходила в себя то ли от своей смелости, то ли от дурости. Не понимаю, почему я так реагирую на него? Нет, он, конечно, чисто внешне мне очень нравится, но ведь внешность не главное. Это я, благодаря моему красавчику-Орландо знаю. А все остальное мне в бригадире строителей не нравится совершенно.
