Попаданка в империи василисков

И без того времени достаточно. Нужно все хорошенько обдумать.
— На несколько дней, как ты и заказывала, — отрапортовал Калебирс, поправляя свой рюкзак. К слову, у всех были набитые вещмешки за спиной, — но это только если мы не будем делиться с этими, — он кивнул на толпу позади нас.
— Обойдутся, — надулась я, — как-то допетляют до дома своими ногами.
— Ночевать мы будем с вами в пещере, — снова встряла Халлявщица, — а потом, так и быть, оставим вас, может быть, немного дальше беспортальная зона заканчивается.
Заметив скептицизм на моем лице, противная продолжила вещать:
— Ну ладно тебе, — девушка постаралась даже улыбнуться, — будь проще, дорогая.
Я не ответила. Просто развернулась и потопала в сторону, в которую указал Саадар. Я буду выше этого, не стану опускаться до ее уровня и обесценивать жизни людей. Пусть таскаются за нами, если ей так нравится.
27
Неподалеку, в нескольких километрах ходьбы, и правда оказалась небольшая пещерка, вход в нее под наклоном уходил немного вниз, но внутри открывалась просторная свободная зона.
Вся поклажа сгрузилась в левый угол. Мы устроились рядом, Резар настоял, чтобы я села на его спальный мешок, а не на холодный пол. Привалившись плечом к своему большому Берсерку, с усталость рассматривала другой угол расщелины. Там возилась Халлония со своими сопровождающими. У них не было ничего, предназначенного для такой ситуации, а потому женщине пришлось сесть кому-то на руки, что ей, странно, не нравилось.
Я замечала заинтересованные взгляды мужчин Халлонии, обращенные на меня, но старалась не пересекаться с ними глазами. Мне чужие мужики не нужны, со своими бы справиться. 
Пристальное внимание порядком докучало. И, кажется, не только мне. Рука Резара вдруг сжала сильнее, а Калеб, сидевший рядом, начал недовольно сопеть, одаривая невольных попутчиков недобрыми флюидами.
Какие все-таки милашки! Значит, друг друга уже приняли, но если смотрит кто-то другой – злятся. Не вижу в этом ничего плохого. Главное, чтобы друг с другом не грызлись.
— Не поделитесь с нами спальными мешками? – снова начала капризничать вторая женщина в этом помещении, — хотя бы одним. Для меня.
— У нас их семь. Значит, кому-то из моих ребят или мне придется спать на полу, а я этого не хочу. Потерпишь денек так, Халлония, не развалишься.
— Госпожа, — вклинился в разговор тот парень, у которого на коленях и сидела бизнесвумен местного разлива, — простите за дерзость, но нам и правда нужно, Халлония ждет от меня ребенка, она не может спать на полу.
Теперь я более внимательно осмотрела невольного собеседника. Этот мужчина был не то чтобы очень красив, со странными пропорциями черт лица, не очень мускулистый, но высокий, он бережно прижимал к себе владелицу работоргового бизнеса, хотя, скорее, его руки охраняли ее живот.
— Зачем ты поперлась за мной, будучи беременной?!
— Я не знала, что ты на Проклятых землях, узнала уже, когда оказалась тут! Одни Древние боги знают, почему порталы вдруг перестали создаваться, чтоб тебя!
Я раздраженно сцепила зубы. И выдохнула через нос, представляя себя буйволом, не меньше. Нечестно играют!
Как у кого-то вообще хватает духу относиться тепло к этой Халлонии?! Она продвигает рабство в массы, даже не так, уже это сделала! А теперь просто собирает деньги лопатой, даже не живя в нашей империи. Видимо, приезжая только с гаремом повидаться, раз уж забеременела. Может быть, она не такой ужасный человек, просто не знает, что на самом деле творится на рабских рынках?
Что ж, на вид этой особе едва можно дать двадцать пять, но ей явно больше пятисот лет. И глупой явно назвать нельзя. Тот сорт женщины, что добивается всего сама, даже если и не закрывающимся ртом. Чтобы для кого это ни значило.
— Я отдам тебе свой спальный мешок, буду спать в одном с Резаром, — снова погладила по голове довольного воина. Честное слово, выражение «Берсерк» уже не кажется мне чем-то грозным. Перед лицом сразу появляется эта довольная моська сурового военачальника.
Вскоре мы стали разбирать сумки с едой, решив опустошить какую-то часть запасов. Тут тоже возникли проблемы. В виде двадцати голодных тел.
Конечно, меня мама учила делиться. Но жаба-то все равно душит. По крайней мере, совесть моя будет чиста – мы отдали им часть еды и немного воды, а там пусть сами разбираются. Никто здесь нянькой не нанимался! Та же мама рассказывала, что когда была беременна мной, ей постоянно хотелось есть песок. К слову, мы в пустыне.
Вместе с тем идея о передвижении сразу к следующему храму отпала, у нас не хватит ресурсов, чтобы и там побывать, и вернутся домой в адекватном состоянии своими ногами и без порталов с учетом