Попаданка в империи василисков

наивнее, тем лучше?
— Азри! – рыкнул в ответ на мои смешки Дей.
— Хорошо, извини, не права, — выставила примирительно руки вперед, но посмотрела в ответ недовольно. Зачем гримасничать-то?
— В те времена все было куда сложнее… Но с приходом проклятия, для всех нас стало только хуже. Особенно для тех богов, храмы которых были только в Эрнеле. От нас отказались, забыли…
— Она добилась своего, — притягательный голос Варсара разрезал монолог Ферадея, — Морнэмира сделала, что хотела. Развлеклась. Поглумилась.
— Неужто это все от жажды развлечений было затеяно? – искренне удивилась Халлония. Она-то может поставить себя на роль проклятейницы легко, но эта рыжеволосая девушка никогда не делала зла для развлечений. Она хотела подняться по социальной лестнице.
Приехали, теперь Халлонию выгораживаю.
— Теперь твоя очередь откровенничать, Варсар, — ухмыльнулся Ферадей на вспыхнувший взгляд оппонента.
Сначала мне показалось, что Варсар точно встанет и уйдет, или, по меньшей мере, промолчит, решив не выдавать своих секретов, но очень скоро комнату заполонил бархатный голос, когда мужчина склонился, упираясь локтями на расставленные колени.
— Морнэмира относительно молодая богиня, если считать в размерах вселенной, — выпалил, словно автоматную очередь, бог войны, — я с ней развлекался, еще в то время, когда она была человечкой. Скучные были времена, для таких неприкаянных, как я.
Чем дальше в лес, тем злее дятлы! Я отвернулась, уткнувшись носом в плечо Калебирса, что находилось впритык к моему лицу.  Сердце почему-то жгла ревность, но это было таким бредом. У меня толпа мужиков под боком, а я ревную к тому, что было тысячи лет назад с другой бабой и то мельком, в чудовищном мезальянсе.
Но сразу же взяла себя в руки, поворачивая невозмутимое лицо обратно, тут же встречая хищные черные глаза Варсара, чутко следящие за каждым мимическим движением моего лица. Сама я не могла понять, что чувствовал этот бог, он чудовищно хорошо скрывал любые проявления своих внутренних противоречий.
Я улыбнулась делано пофигистически, проговаривая похолодевшими губами:
— Сегодня на ночь жду у себя Резара.
И все равно, что день Лютика, удивленно скривившегося на дальнем кресле, не закончился, а время моего внимания для Ферадея, что все же быть должно был, не началось. Мне нужен мой Резар, душевное спокойствие, что всегда дарит его присутствие, все остальные проблемы лесом! Я устала, в конце концов!
Уходила в свою комнату под сопровождение звенящей тишины. Не знаю, сколько колких взглядов упиралось в мою спину в тот момент, считать сил не было, оглядываться не хотелось. Точно осознавала только, что хотя бы одни запредельно радостные зеленые глаза там все же были. И просто от этого было хорошо.
54
Ферадей
Древние! Как же радостно Резар смотрел вслед уходящей Азриэлле. Жгучее чувство ревности переплеталось с завистью, вымораживающей все внутри.  Мне хотелось пойти в разнос, яростно переворачивая мебель, жаждал вымещения злости с треском древесины и битьем стекла. Вот только это не помогло бы. Неприятные чувства в груди не базируются на ярости. Я влип в кое-что похуже. Намного-намного хуже, чем приступы ярости, которые я пытался скрывать за маской спокойствия. Я постепенно влюбляюсь в женщину, которая не задумывается о том, чтобы остановиться с пополнением своего чертового гарема!
Варсар! Смерч бы его побрал! Один из самых старых богов этого мира! Куда дальше расти?! Она так и до Древних доберется!
Резар ушел почти сразу после Азриэллы, я и еще некоторые, находящиеся в этой комнате, проводили его ненавистными взглядами. Но готов поклясться, мои глаза пылали злобой ярче всех.
После его ухода я умостился на освободившееся место на диване, тем более, что и Халлония сразу же куда-то улизнула, зажав книгу подмышкой.
Тяжело выдохнув, запустил пятерню в волосы, откинувшись на спинку дивана.
— Ну теперь можно поговорить о делах насущных, — весело изрек Варсар, поднимаясь с кресла.
Бог войны подошел к серванту, доставая оттуда алкоголь. Я насторожился.  Но вот остальные спокойно пошли за стаканами.
— Только не будем драться, — хмыкнул Лаосар, — для Азриэллы в этом деле нетрезвое состояние – отягощающее обстоятельство.
— Могу прилепить тебя к потолку, желание есть? – елейно промолвил Варсар, откупоривая бутылку, — я же говорю, есть темы поважнее. Например, то, что вы сбросили ответственность по снятию проклятия на Азриэллу, — инициатор пьянства вернулся обратно в кресло.
— Сбросили? – немного недовольно спросил Калебирс, перестав рыться в книгах на стеллаже у дальней стены.
— То есть большинство