Попаданка в империи василисков

силу очень высокого порядка.
Примерно с десяток женщин разнообразной внешности.  Двадцать незнакомых мужчин-богов. И Дюрсик.
Мой взгляд первым делом зацепился за девушку, что стояла ближе всех ко мне спиной. Ее огненные волосы, самого что ни на есть насыщенного красного оттенка, прямо-таки насильно притягивали глаз. При этом фигурка была сочной, размера «есть за что подержаться».
Дальше взгляд метнулся к мужчине в зеленом камзоле, с русыми кучерявыми волосами, напоминающими пачку с макаронами. Он недовольно смотрел куда-то в район большого окна, я проследила за его взглядом.
Там, освещенный лучами утреннего солнца, стоял Варсар. Черные глаза бога войны осматривали всех вокруг спокойно, без надменности, без смешков, но с видимой решимостью. Он был как всегда неимоверно притягательным, чувствовалась харизма лидера, такому и вести других за собой. Видимо, именно он тут вел «лекцию».
Варсар первым заметил меня.
— А вот и она, — улыбнулся искуситель, прочерчивая линию своим взглядом прямиком мне в лоб.
Все уставились на меня. Я тут же почувствовала себя до глупости неловко. Повисла тишина. Варсар взмахнул рукой, подзывая к себе. Я сквозь толпу стала гуськом пробираться к нему, стараясь не показывать смущение. Тоже ведь богиня! Глупо было бы упасть перед всеми ними лицом в грязь.
Уже на подходе к спокойно улыбающемуся богу войны, сложившим руки за спиной, я плыла твердым шагом, гордо расправив плечи. 
– Как я уже говорил, — отрапортовал черноволосый бог, положив руки на мои плечи, когда я ко всем повернулась, — Азриэлла – единственный наш ключ к тому, чтобы вернуть все на круги своя, как было четыреста лет назад, — лекторским тоном поведал он.
А мой взгляд в этот момент споткнулся о Саирталу, ту самую богиню, что первой нам отказала в помощи. Что она здесь делает?! Кто пустил?!
Саиртала, заметив внимание к себе, скривилась и отвернулась, поджав губы. На всей остальных божественных лицах оставался сухой нейтралитет.
— Она об империи позаботиться не может, что уж говорить о том, чтобы вверить ей свою преданность? – Воскликнул кареглазый мужчина с вертикальными зрачками, упирающийся в один из сервизных шкафов спиной, сложив руки на груди. В его лице не было прямой неприязни ко мне, но настороженность точно присутствовала.
Как пощечину дали. Не могу позаботиться об империи?! Это правда. Но говорить такое при всех – унизить меня.
Внутренности опалило раздражением. Но я нашлась что ответить:
— Народ Эрнела любит меня, они признали мои заслуги, когда я распустила первый невольничий рынок!
— Тогда почему на твой дворец каждый день совершаются набеги? – Изогнул собеседник бровь.
По пространству прокатились едва слышные перешептывания, при этом некоторая часть собравшихся здесь, смотрела на меня все с большим недоверием. Дюрсик отстраненно хлопал глазами, сжав подлокотник дивана.
Я бросила острый взгляд вправо, ко второму окну,  там стояла толпа моих мужчин. Мне не рассказывали ни о каких набегах. Почти все отвернули головы в сторону под моими не закрывающимися глазами, что проецировали тяжелый взгляд.
— В народе всегда найдутся недовольные, — выпалила я, поворачиваясь обратно к протестанту.
— Это потому что они видят несправедливость, — хмыкнул тот, в камзоле, — были обещаны регулярные отборы до снятия проклятия, но они закончились как только ты впустила в свои круги императора и его приспешников. Народ негодует.
— Бруно, этот вопрос куда более тонкий, чем может показаться. Надо ли впускать в свою жизнь лишних мужчин? Туда и наплевать могут. Вообще чудо, что она забыла о том дохляке Симране, – вдруг вступилась за меня миниатюрная блондиночка с косичками, она негодующе поджала губы, а веснушки что усыпали девичье лицо,  делали ее злость  даже милой.
— Калебирс, — решилась я, — устрой на вечер большой отбор, мужчин на сто, чтобы больше претензий ни у кого не осталось!
— Будет сделано, — просипел император, направляясь в выходу.
56
В тот момент, когда Калебирс направился к двери, готовый выполнять мое поручение, произошло несколько вещей. По крайней мере, мне это так виделось и воспринималось.
 Во-первых, время будто замедлилось, не понимая, что и зачем делаю, я отклонилась немного вбок, схватившись за торшер, чтобы не упасть из-за резкого движения. Тело будто двигалось без моей на то команды. В ту же секунду послышался звон стекла, хруст – по окну пошла трещина. Но ужасало другое. Магическая стрела, просвистев в месте, где секунду назад была моя голова, попала императору в плечо, Калебирс стоял прямо на траектории ее полета.
— Калеб! – Пискнула я, кинувшись к нему, изначально