сбора этих приспешников. Которых внизу сейчас собралось человек двадцать. Интересно, что за повод?
Я со своим новым братом (которых тут ещё как раз те же человек двадцать) спустился вниз и встал в последнем ряду, стараясь из под капюшона рассмотреть всех поподробнее. Угу, рассмотрел. Сзади только одни капюшоны и видно. Мдя…
— Мы собрались, братья, — начал один балахонник, взобравшись на стойку, — чтобы объединить силы для последнего, решающего удара! Много лет этот мир был под властью самозванцев, нарекающих себя богами…
— Дайте мне что-то тяжёлое, я в него запущу. Так удачно стоит, — прозвучал позади меня голос Шенга.
— Топорик подойдёт? — участливо поинтересовался ещё один голос.
— Идиоты. С ума сошли? На ведь нельзя напрямую вмешиваться! — третий голос был недоволен первыми двумя.
— Это ты мне говоришь? — второй голос явно был возмущён таким обвинением. — Да я тут и…
— Молчал бы уже. Кто свой топор потерял недавно? — напомнил Шенг.
— Да не терял я его. У меня его отобрали! Тебе подсказать, кто это сделал?
— Сам знаю… Тывою ж налево с перехлёстом, вот почему никого из этих новеньких тут нет, а? На них то мы влиять можем!
Я обернулся и посмотрел на Шенга, Тёмного Бога с топором и блондинчика в светлых одеждах и с бокалом вина в руке. Покрутив у виска пальцем, я закатил глаза и принялся слушать дальше, что там вещал балахонник:
— …Они пришли, чтобы помочь нам избавиться от гнёта, и скоро они покажут всему миру, кто здесь настоящие боги! Скоро мы получим последний из артефактов Стихий, и нанесём решающий удар!
Не понял. Они что, знают, где находится артефакт? Вот это уже хреново. Если про его местоположение знает только этот вещатель, то нужно срочно его убирать…
— Вот то, что приведёт нас к победе! — вещатель вытащил из-за пазухи свёрнутый в рулон пергамент, развернул его и показал всем карту.
Карту? Неужели, ту самую? Стоп, а что тогда Райнел с Вэритиилем пытаются выторговать у гнома?
Демоны б их всех побрали, нужно немедленно что-то придумать, чтобы заполучить эту карту, если она настоящая. Будем исходить из этого предположения…
— А теперь пришло время принести жертву истинным богам! — продолжил балахонник, убирая карту за пазуху. А вот теперь нужно следить за ним, чтобы ни с кем не перепутать. А то они тут все на один капюшон…
Погодите-погодите! Жертву? Какую?
— Кровавую, — ответил мне Шенг над ухом. — А ты про какую думал?
‘- Надеюсь, это типа козла зарезать, шашлычок сделать?’ — так же громко подумал я.
— Почти. Только вместо козла человек.
Итить-колотить! Всё, точно придётся разносить этот сабантуй! Если не ошибаюсь, то никто из теперешних богов не принимает человеческие жертвы. Только во время битвы, воины, которые пали, идут как бы в этот счёт. Но то война, а вот так вот…
Откуда-то из подсобки за стойкой вывели маленькую девочку лет десяти-двенадцати. Я чуть не зашипел от злости.
Судя по тому, что она шла не сопротивляясь, наверняка одурманили. Либо тоже фанатичка. Хотя нет, вон, глаза какие невидящие. Точно под дурманом каким-то.
Девочку подвели к столу, стоявшему перед стойкой. На столе по углам находились какие-то свечи. С одной стороны белые, с другой тёмные. Сам стол тоже был покрыт какими-то письменами.
Блин, такой стол угробили. За ним ведь человек пятнадцать поместиться может. Если потесниться…
— Честь совершить сие жертвоприношение мы предоставим одному из младших наших братьев, показывая тем самым, что жизнь меняется в новую сторону! — Балахонник продолжал разоряться, не слезая со стойки.
Блин, да кто ж ему речь то писал? Совсем нифига не понятно.
Пока я глазел на вещавшего сию речь, все остальные стали поворачиваться и глазеть на меня.
Не понял. Это что, я? Это я младший брат?
Блин, мужик, ну ты мне конкретную свинью подложил. Я ведь потом поднимусь, ещё раз тебя створкой приложу. От въездных ворот. Надеюсь они тут не маленькие.
— Подходи, брат! Это честь для всех нас!
Я обернулся ещё раз. Нет, точно на меня все пялятся. Шенг, опять ты подсуетился? И что мне теперь делать? Так, ладно, что я там собирался? Импровизировать? Вот и начнём…
Я подошёл и встал между стойкой и столом так, чтобы главный балахонник, который тут всю эту проповедь толкает, оказался у меня за спиной. В случае чего, с разворота я ему полёт устрою.
Девчонку положили на стол. Один из балахонников держал её за руки так, чтобы она прикасалась к светлым свечам, а второй за ноги, чтобы те касались тёмных.
Третий балахонник подошёл ко мне, держа на вытянутых руках
