Попасть замуж

себя смешок.
– Вы поразительны, мейни Родвиг. Умеете находить повод для шуток даже в столь страшной ситуации. А ведь многие мои клиентки начинали рыдать, стоило им только вспомнить ледяных чудовищ. Даже Лоретта не смогла удержать лицо, когда мы разговорились на эту тему.
Вот о Лоретте я бы побеседовала куда охотнее, чем о жутких монстрах.
– Лоретта заказала новые наряды?
– О да, мейни Родвиг, – охотно подтвердила модистка. – Вот, посмотрите. Чудесное платье для прогулок с золотой каймой. И ещё утренний наряд палевого цвета. Кстати, не желаете себе такой же? Голубой, например. Вам будет к лицу.
– Можно посмотреть, – согласилась я, гадая, как же вывести разговор на интересующую меня тему.
Но Аделина, сама того не ведая, помогла мне.
– Конечно, у нее ведь новый поклонник, – понизив голос, сообщила она. – Ну, вы ведь знаете?
Я похлопала ресницами, старательно изображая наивную провинциалку.
– Ой, что вы говорите! Как интересно! И кто же он?
Моя реакция воодушевила Аделину. Модистка склонилась ко мне и сообщила интимным шепотом:
– Да-да, вся столица обсуждает то, как общались во время приема Лоретта и его высочество Колин. Представляете, он держал ее за руку, когда случилось то ужасное событие.
И модистка откинулась на спинку дивана, поглядывая на меня с довольным видом. А я мысленно присвистнула. Надо же, кто-то успел заметить, что принц и актриса держались за руки. Да я от страха соображать не могла, не то что разглядывать остальных гостей! Или Лоретта сама распускает слухи о связи с Колином? Вот в это верилось больше, чем в то, что некто не сводил с парочки глаз во время нападения.
– Наверное, ее величество не в восторге от этого романа? – осторожно спросила я.
– Не в восторге? Ха! – воскликнула Аделина. – Всем известно, что ее величество просто в ярости! Она-то рассчитывала на то, что его высочество сделает предложение принцессе Оливии. А тут вмешалась прима. Представляете, какой может разразиться скандал?
М-да, что же его высочество столь неосторожен-то? Конечно же, никто не ожидает от него пылкой влюбленности в предполагаемую невесту, но крутить на ее глазах роман с актрисой – это ещё додуматься надо.
– И потом, – модистка снова понизила голос, – Лоретта ведь тоже… ну, вы знаете…
– О чем? – искренне удивилась я.
– Хотя вы могли и не слышать, мейни Родвиг. Видите ли, примерно год назад ходили сплетни о том, что Лоретта – девица не из простого народа. Якобы происхождение у нее высокое.
А это уже очень интересно.
– Год назад я еще училась в пансионе, – сообщила я, – и наставницы, конечно же, не сплетничали с ученицами.
Глаза Аделины загорелись. Перспектива посвятить меня (и Магдален, застывшую с пирожным в руке) в столичные слухи захватила ее.
– Говорят… я не ручаюсь за достоверность, конечно… похоже на правду, но…
Мне захотелось взвыть. Торопить Аделину нельзя, да и выказывать чрезмерный интерес к актрисе не стоит. Лучше продолжать делать вид шокированной вольными столичными нравами провинциалки. Но модистка, право слово, слишком уж нагнетает интригу. Старается произвести впечатление.
Я мысленно хмыкнула, припомнив многочисленные: «А кто стал победителем нашего шоу-у-у… вы узнаете после рекламной паузы!» Да, кое-что остается неизменным в любом из миров.
– Говорят, что Лоретта родилась от связи его покойного величества и некоей фрейлины ее величества! – театральным шепотом провозгласила, наконец, модистка.
Магдален закашлялась. Я поперхнулась. Это что же, получается, актриса – сестра королевы по отцу? Ну нет, не может быть. Припомнила изящную величественную Алисию и томную кошачью грацию Лоретты. Ничего общего. Ни во внешности, ни в жестах, ни в поведении.
– А ещё говорят, – не унималась Аделина, – что Лоретта – плод связи весьма знатной дамы из приближенных к покойной королеве, матери ее величества, со своим духовником.
Вот это больше похоже на правду. Хотя и не факт, что сведениям можно доверять. Безусловно, сама актриса, как женщина неглупая, придерживается второй версии. И загадочно, и скандально, и королевским гневом не грозит. А сплетню о родстве с ее величеством запустил кто-то другой.
Я так погрузилась в размышления, что даже не заметила, как застыла с чашкой, не донесенной до рта, в руке. В себя меня привело деликатное покашливание Аделины. Я спохватилась, быстро отхлебнула горячий травяной настой и закашлялась. Магдален с недоуменным выражением лица уставилась на пирожное в своей руке, будто не могла понять, откуда оно появилось. Модистка наслаждалась произведенным эффектом.
– Так вот, мейни Родвиг, –