Попасть замуж

четвертый преподнес молодой муж диковинный подарок новобрачной: семь крупных бриллиантов невиданной огранки. Удивилась Гвендолин, поскольку род ее супруга мог похвастаться древностью своей и храбростью предков, но не богатством. Пристала она с вопросами к супругу, желая знать, где раздобыл он такое сокровище. Харральд отмалчивался, но в конце концов признался: отнял он камни обманом у морской ведьмы. Вместо того, чтобы устрашиться и попытаться загладить вину мужа, Гвендолин принялась бахвалиться дарами. Велела вставить бриллианты в обруч, что удерживал на ее голове тяжелые золотые косы, гуляла по берегу, не таясь. Разве удивительно, что обозлилась морская ведьма и наслала бурю, потопившую корабль, на котором молодожены плыли в родовой замок Харральда? И снова пропали драгоценные камни, на сей раз почти на пять столетий…
– А откуда взялись они у ведьмы?
Я слушала эту историю словно дивную сказку, но в то же время понимала: будь она просто легендой, Макс не стал бы пересказывать ее мне. Значит, доля правды в ней все же имелась. Пусть даже не все события происходили в действительности, но и выдумками их назвать нельзя.
– Кто знает? – отозвался муж. – Где бы ни раздобыла сокровище ведьма, она его лишилась. Харральд ведь тоже не был до конца откровенен с молодой женой. После гибели его говорили люди, что ведьма прогневалась не просто на вора, но на обманувшего ее возлюбленного.
Как интересно! Вокруг камней много не только смертей, но и любви, причем любви несчастливой: сначала сама богиня, потом шах и его женщины, а теперь и морская ведьма. Я поймала себя на том, что с нетерпением ожидаю продолжения истории.
…В третий раз о проклятых камнях стало известно не столь уж давно, чуть более столетия назад. Появилась в одном восточном городе куртизанка невиданной красоты. Мужчины бросали к ее ногам целые состояния в надежде на благосклонный взгляд. Однажды капризная прелестница объявила, что готова подарить ночь тому смельчаку, кто отважится с рассветом принять поданный ему кубок с ядом. Произнесла она эти слова во время большого пира, и в зале на несколько мгновений повисла тишина.
– Вот как? – презрительно бросила красавица. – Значит, все ваши заверения – пустой звук? Конечно, легко обещать звезды с неба – все равно их не достать. Легко клясться, что ради любви согласны отдать жизнь – все равно никто не потребует жертвы. Зато теперь я знаю цену мужским признаниям.
Тогда поднялся со своего места молодой Рашид, младший сын правителя, и выкрикнул:
– Я согласен! Клялся я в любви прекрасной Далиле и от слов своих отказываться не намерен! Если такова цена ее любви – я готов уплатить ее!
– И я согласен! – заявил Рустам, поэт, над стихами которого рыдали и старики, и младенцы. – Умру, если так угодно Далиле!
Молча поднялся из-за стола седовласый Дарий, подошел к Далиле и склонил голову. Красавица обвела пиршественный зал насмешливым взглядом.
– Только трое? Нет больше среди вас смельчаков?
Отмерли пирующие, загомонили. В сторону Далилы полетели злобные выкрики, угрозы и даже проклятия. Рассмеялась она, поднялась со своего места и царственным жестом протянула руку Рашиду.
– Пойдем, – молвила негромко, но зал опять затих, внимательно прислушиваясь. – Вернемся с рассветом.
Они действительно появились, когда за окнами посерело темное небо. Бледные, с горящими глазами, держащиеся за руки. Тонкую талию Далилы охватывал широкий золотой пояс, на пластинах которого вспыхивали и переливались алмазные звезды. Никто из пирующих до их возвращения не покинул зала, всем было любопытно узнать, чем закончится ночь. Кое-кто дремал, опустив голову, но встрепенулся при звуке легких шагов.
Молча махнула Далила рукой, и слуга подал ей на подносе богато инкрустированный жемчугом кубок.
– Пей, – с улыбкой произнесла куртизанка, обращаясь к любовнику. – До дна!
Рашид обнял возлюбленную, страстно ее поцеловал, схватил с подноса кубок и осушил его одним глотком. Взгляд его остекленел, челюсть отвисла, юноша покачнулся и упал. А сама Далила внезапно обернулась древней старухой, сморщенной, с редкими седыми космами. Пока замершие свидетели страшных событий пытались понять, что происходит, она успела дойти до выхода, но там стража преградила ей путь.
– Сжечь колдунью! – хрипло выкрикнул пришедший в себя Дарий.
– Сжечь! – подхватило множество голосов.
Старуха рассмеялась сиплым каркающим смехом, обернулась черным туманом и растаяла в предрассветном сумраке…
– Страшная сказка, – поежившись, заметила я. – Но как эти камни попали к тебе?
– Случайно. Ну, почти случайно, – исправился Макс, посмотрев мне