Попрыгун. Трилогия

двигателя и тут же отменил. Причиной послужила странная мысль. Я подумал, что движки пускаются только виртуально, а значит, и погружения в многомерность фактически нет. Откуда же я могу чувствовать ее, как я могу достигнуть точки выхода и забросить якорь, ведь все это просто компьютерная симуляция. Светлана на «Ботанике» даже не пыталась симулировать многомерность, говоря, что я ее так никогда не научусь «слышать», «видеть», «чувствовать», «сопереживать». Здесь могли существовать два варианта: или компы тут совершеннее МИ «Ботаника», что нереально, или что-то происходит со мной. Сойдясь на втором случае, я решил проверить безумную мысль. Я осуществил погружение в надпространство виртуальной реальности, неспешно «пробежался» до точки выхода и дал команду компьютеру на старт. Компьютер задумался, я даже подумал, что мне удалось исполнить просьбу Шилы. Но, помечтав с пару десятков секунд всеми своими мощностями, компьютер дал старт двигателям, даже не выкинув каких-либо предупреждений. И тут я почувствовал неладное. Все происходило как-то сильно уж по-настоящему. Ощущения единения с многомерностью стали слишком реальными. Решив перестраховаться, я дал отбой по надпространственным двигателям. Компьютер не спешил выполнять распоряжение. Просмотрев, а, скорее прочувствовав его «мысли», я указал ему точку входа, отобрав точку выхода. Компьютер радостно подтвердил удачное окончание перехода с измененными маршрутными данными. Что-то мне не понравилось в окружающей систему обстановке, как будто по ней гуляли какие-то микроскопические сбои. Я решил не терзать компьютер, видимо он получил изрядную встряску, я бы от греха подальше вообще его перегрузил. Не зная, как это будет выглядеть, я решил отключиться и посмотреть, что происходит снаружи системы.
   Отключившись, в увидел почему-то сидящую в кресле стрелка полностью затянутую в защитный кокон Шилу, которая судорожно вцепилась в выступы кресла. По кораблю гуляла какофония звуков, немного подумав, я предположил, что это аварийная сигнализация. В некотором недоумении я включил обзорный экран, все вроде бы находилось в порядке, только слишком уж было пусто вокруг космолета. Откуда-то из-за кораблей вынырнула небольшая машинка и остановилась в десятке метров от разведчика. Из экипажа выскочило несколько ящериц, начав подавать какие-то знаки. Шила ручками включила связь. Из истеричных криков я понял, что нас просят немедленно опустить корабль на палубу. Я быстро вошел в систему, корабль действительно парил метрах в двадцати над поверхностью. Удивившись, я нежно опустил космолет на место.
   — Черт подери, что это было? — спросил я сам себя мысленно.
   — Шерш, ты что, сломал вход в компьютер? — спросила Шила. — Нас могут и наказать за это.
   — Я ничего не ломал, — удивленно сказал я. — Ты просила нагрузить компьютер по полной программе, вот я и выдал самую заковыристую задачу.
   Наши объяснения прервала парочка ящериц, то, что они появились без оружия, вселяло надежду. Один ящер кинулся к компьютеру, второй — к нам. И нам пришлось довольно долго отвечать на глупые вопросы относительно нашего морального и физического состояния. Пока мы играли в эту игру, второй закончил осмотр компьютера.
   — Компьютер заблокирован, — сказал он, удивленно, — все программы доступны в режиме теста и симуляции.
   — Мы приносим извинения, — затараторил второй. — Просим покинуть рубку корабля, по-видимому, произошли какие-то сбои в системе. Необходимо прогнать программу диагностики.
   — Нет проблем, — согласился я. — Может, это группа экспертов что-то нахимичила?
   — Мы обязательно проверим, — заверил ящер, проводивший с нами беседу, добавив, — если Вы считаете нужным, можете обратиться с жалобой к распорядителям аукциона.
   — Да нет претензий, — сказал я, быстренько покидая кресло штурмана.
   Мы шустро покинули корабль. В коридоре я заметил, как двое ящеров в светло-зеленых скафандрах несли на своего рода носилках одного их спецов группы проверки. Что-то явно произошло, пока я отсутствовал в реальном мире. Затерявшись в осмелевшей толпе, мы решили послушать сплетни. Оказалось, что наш разведчик ушел на несколько секунд в надпространственный прыжок, потом вернувшись обратно в двадцати метрах над палубой ангара. По счастливой случайности никто не пострадал, пару спецов хлопнулось в обморок, отделавшись, в общем-то, легким испугом. Мне нужно было подумать, а Шиле выпить. Обнаружив ближайший бар, мы накрепко засели в нем. Я думал, а Шила пила. Постепенно мою новую знакомую начала отпускать приобретенная на борту разведчика нервозность. Если честно, я вообще не мог понять, чего могла испугаться Шила, а спрашивать просто