Попрыгун. Трилогия

— В инженерной комплектации моего скафандра присутствуют двигатели для работы на орбите, добрался быстро.
   — Меня как нашел? — продолжил я.
   — Поиск в местоположении сильнейшего взрыва был оптимален, но нецелесообразен из-за высокого уровня радиации, решил пойти проложенным ранее путем, — ответил Краппс, и тут же перевод стал более-менее адекватным. — Выключил переводчик, дельцы косорукие прошивку ему времен пращуров залили, ни болта не понятно. Я уж подумал, что тебе соображалку переклинило. Сейчас твой лингвоадаптер все переводит, хоть понятно стало, правда, обороты какие-то чудные выдает, но все лучше моего.
   — Да, так лучше. Тебя тоже переводит с нетрадиционным колоритом, но весело даже, — усмехнулся я, — на живого гуаппарда стал походить местами.
   — Я пришел, тут бардак, все в хлам разломано, и ты лежишь с этой голубой ерундой, или чем-то еще, на голове. Я ее попытался снять, так меня приложило, что я не сразу в себя вернулся.
   — А сейчас это на мне? — спросил я.
   — Нет, как оно распалось, так ты и пришел в себя окончательно, — ответил Краппс. — Как лопнуло, я подумал, что тебе голову нафиг оторвало.
   — Краппс, спасибо, — поблагодарил я. — Сейчас срочно нужно сделать некоторые вещи. Слушай, не перебивай и ничему не удивляйся. Меня хоть и вырубило, но сейчас голова в порядке, плохо только телу. Возвращайся на корабль, найди рабочий сенсор-разъем и включись в систему. Первым делом выключи программу тестировки. Вторым делом позови Анну, скажи, что я тебе рассказал. Передай ей коды к орудиям системы обороны, и постарайтесь привести в порядок аппаратуру и связаться со мной, я буду ждать у обшивки.
   — Кто такая Анна? — уточнил Краппс.
   — Не удивляйся, Анна — это наш искусственный интеллект. Она хорошая девочка, вы найдете общий язык, только не обижай ее и относись с уважением, — проинструктировал я. — Она, кстати, очень образована именно в твоей области, вам будет о чем поговорить.
   Краппс, выслушав, молча пошел к дыре. Я, немного посидев, поковылял туда же. На краях явно увеличившейся в размерах дыры, как ни в чем не бывало, продолжались процессы восстановления обшивки. Скорее всего, через какое-то время тут образуется еще одна гладкая вогнутая проплешина.
   Времени у меня, похоже, образовалось больше, чем достаточно, почему-то захотелось прогуляться в разгромленный мной отсек. Батарея к «дракончику» оказалась пуста настолько, что даже ЭМИ орудие ушло в отказ, вторая валялась где-то там, у отсека, заряд батарей брони слегка поднялся, хватило бы на пару десятков выстрелов. Идти было исключительно глупо, но меня тянуло туда.
   — Краппс, — позвал я.
   — На связи, — Ося был как всегда лаконичен.
   — Хочу прогуляться в отсек большого бума, — проинформировал я.
   — Глупо, штурм, высокая радиация, — проинформировал Краппс. — Вариант повторного нападения.
   — Я одним глазком, — не согласился я с доводами. — Да и батарея запасная там осталась.
   — Ясно, — Ося не стал возражать, — все в процессе. Мы на связи.
   Идти поначалу оказалось не слишком приятно, тело ныло и качели «хорошо-плохо» давали о себе знать довольно сильным подташниванием. Но я заставлял себя идти, потому что сидеть оказалось еще хуже. Путь моего героического бегства окончился на удивление быстро. И мое самочувствие заметно улучшилось, «качка» состояний «хорошо-плохо» практически прекратилась. Я подобрал валявшуюся на палубе батарею «дракончика» и с удивлением уставился на индикатор заряда, колеблющийся на отметке приблизительно в две третьих. «Много случается в жизни непонятных вещей, и размышлять над ними полезно исключительно в спокойной обстановке», — подумал я, сменяя батарею в моем персональном оружии.
   С опаской я заглянул на поле моего боя, в отсеке ничего нового не появилось. Объеденные стены, сосульки застывшего вещества, тянущиеся к пустому в данные момент месту, обломки, больше похожие на частично растаявшее серое мороженое. Осмелев, я ступил на кое-где сохранившуюся палубу и осмотрелся внимательнее. Атмосфера уже полностью покинула отсек, гравитация пока держалась. Радиация к моему удивлению оказалась не слишком высокой, возможно, с момента замеров Осей она спала. Протиснувшись в мешанине обмылков и сосулек, я нашел довольно удобное местечко. На удивление в месте буйства непонятных стихий никаких восстановительных процессов в обшивке не наблюдалось. Усевшись на краю открытой космосу палубы, я посмотрел на футуристический для Земли пейзаж, давно ставший мне родным.
   — Спасибо тебе, Котенок, — обратился я мысленно к своей броне. — Ты у меня хоть и не совсем боевой, но пошит, ясно, не из лыка.
   «Бурундук» висел рядом, но теперь он