Попрыгун. Трилогия

   — Братец-кролик, посвети-ка туда, — дал я распоряжение роботу.
   На удивление робот все понял и просунул в щель два манипулятора, на которых вспыхнули маленькие, но яркие световые «пятачки». Первый же взгляд внутрь мне четко дал понять, что нам туда не нужно. Описывать следы хаоса под названием «пьяный литейщик» смысла не вижу. Наверное, эта картина и подтолкнула меня на малый шажок к мысли, что пора уходить. Напоследок я вспомнил про уцелевшие ракеты. Где они находятся, я даже не представлял. По этой причине решил поэкспериментировать, отдав команду роботу отыскать и переправить уцелевшие три ракеты к шлюпке.
   Находиться на борту с каждой минутой становилось все тоскливее. И я, вернув МИ командование над кораблем, перешел на «керамическую» шлюпку. Некоторое время я сидел в «кресле-банке» и раздумывал на какие-то отвлеченные и отдаленные темы, вспоминая Землю и «Ботаник». Когда я вернулся в реальность, у борта шлюпки висел робот со стандартным транспортным контейнером на четыре ракеты. Контейнер оказался закрыт, но, судя по тому, что робот никуда больше не собирался, все три ракеты находились внутри. Отдав указание на транспортировку контейнера за шлюпкой, я на малой скорости направился к «Бурундуку».
   Мы с Шилой сидели в кают-компании и разглядывали робота КСС, «керамическая» шлюпка покоилась на прежнем месте, Краппс пытался решить проблему адаптации ракет к нашему кораблю, а Анна тем временем вела «Бурундука» в сторону ближайшего небесного тела аномальной системы. Я специально не стал подключаться к виртуальной системе корабля, слишком уж печально было смотреть на удаляющийся эсминец. Постоянно откуда-то выползало чувство, что мы бросаем на произвол судьбы живое существо. Никогда бы не подумал, что во мне может оказаться столько глупых переживаний.
   Через два часа Краппс вернулся, и мы открыли боевое совещание. Сначала бортинженер подвел итог установки ракет. Устройства оказались почти на треть меньше нашего стандарта, тем не менее, в пусковых шахтах они вполне нормально встали. Проблема обозначилась лишь в том, что ракеты не желали контактировать с системой корабля. Безотчетно я «потянулся» к ракетам. Последовал обмен кодовыми последовательностями между моим БМКП и ракетами, который я ощущал как несильный зуд где-то в районе задней части шеи. Спустя несколько секунд, все три ракеты выдали рапорты о состоянии. Вместе с ними меня захлестнула волна чужого желания настигнуть дичь, как будто рядом прыгали три щенка в надежде броситься за мячиком или палкой по моей команде. Все оказалось настолько необычно, раньше я даже не подозревал о таких возможностях, скорее всего, они являлись какими-то внештатными вариантами управления для экстренных ситуаций. «Погладив» и «отпустив» «щенков», я в пол-уха слушал Краппса, раздумывая о каких-то странных и совершенно нереальных встречах в этой аномальной системе. Управляющим импульсом, запустившим процесс сортировки фактов по полочкам, стало замечание Анны на тему размеров встреченных транспортных средств.
   — Минутку, — перебил я диспут. — У меня есть кое-какие предположения.
   — Давай, — пискнула Шила. — Выкладывай.
   — У меня складывается странное впечатление, что чем дальше в лес, тем мельче партизаны, — выдал я, пояснив. — Чем сильнее мы углубляемся в систему, тем меньших размеров корабли нам попадаются.
   — Это о чем-то говорит? — уточнила Шила.
   — Не знаю, — честно признался я. — Возможно, это не так, и мы встретим большой корабль ближе к центру системы. Но мне кажется, что мои подозрения верны. Эта шлюпка, скорее всего, являлась спасательным средством на каком-то большом корабле, судя по месту встречи, размерами он был меньше вольдовского крейсера, но больше разбитого эсминца. Анна, проанализируй, пожалуйста, места встреч, размеры кораблей, их направления движения и скорости. Можешь взять для анализа еще какие-нибудь удобные тебе величины. После обобщения выведи все это диаграммой для наглядности.
   Практически сразу в углу развернулась голографическая сфера. Анна отобразила аномальную систему с ее двумя планетами. Картину дополнили траектории крейсера вольдов, шлюпки и разбитого эсминца. И картина эта получалась более чем странной. В соответствии с моим предположением, встреченные нами объекты должны были вращаться по немного вытянутой орбите вокруг звезды-карлика с поправкой на вмешательство обоих планет. Как определила Анна, орбиты планет находились катастрофически рядом, настолько близко, что им по всем правилам было бы просто не избежать столкновения, при построении в одну линию со звездой.
   — Чушь какая-то, — сказал Краппс. — Я бы проверил расчеты траекторий движения