Попрыгун. Трилогия

потоком бои местного значения. Маракуйским воякам это быстро надоело, и они навели порядок. Всех искателей наживы обязали опускать корабли на планету исключительно в пределах космодромов, а экспедиции допускались исключительно посредством напланетных транспортных средств. Оговаривался и ряд исключений: аварийные посадки, посадки с разрешения военных и согласованные с военными посадки по просьбе местных жителей.
   Тем не менее, раскопки активно продолжались. Старателям удалось раскопать два бункера, носивших явно не правительственный характер, и лишь один из них можно было назвать местами уцелевшим. Судя по тому, что никаких слишком значимых находок не произошло, наш бункер либо не раскопали, либо, получив по рогам, хвостам или копытам, оставили его в покое. Может, и не оставили, но и внутрь не пробрались. Дядюшка же Ссорташш свято хранил тайну происхождения аретфактов, так что в сети наши имена ни разу не всплыли.
   Подбив все итоги, раздав долги и упорядочив доходно-расходные статьи, Шила в полной прострации уставилась на индикацию нашего общего счета в банке Алуриса. В такие моменты с разумных надо писать портреты, либо лепить статуи, потому что столь идеальной неподвижности живого объекта не добиться никакими тренировками.
   Посовещавшись, мы с напарницей выделили нашему верному инженеру скромную по меркам наших финансов премию, от которой не видевший состояние наших счетов Карппс на время впал в растерянную задумчивость. Ничего не сказав Шиле, я выделил из своей части средств небольшой стартовый капитал Анне, попросив милого дядюшку Ссорташша поискать пути среди местных властей для восстановления утерянных регистрационных документов для пободранной нами силуки женского рода. Возможно, дядюшка взял себе что-то на заметку, но документы на указанное мной имя и под переданную голограмму сделал за местные сутки, попросив, правда, приличную по местным меркам компенсацию. С этого момента Анна фактически обрела некий официальный статус. И хоть она не смогла бы прогуляться по Маятнику, шанс учатвовать в виртуальной жизни планеты стал более внушительным. Собственно, именно Анна как-то попросила меня выделить ей немного денег для прохождения дистанционного обучения в одной из «академий» Алуриса, а документы оказались лишь продолжением этой просьбы. К своему удивлению, поговорив с нашей хранительницей, я узнал, что в сферу ее интересов входят не только технические дициплины, но и солидный задел в области финансов и экономики. И пусть выделенных мной денег хватало лишь на одно из интересующих девушку направлений, не исключено, что она в будущем самостоятельно изыщет возможности пополнить свои запасы местных денег. Что ни говори, а возможности для самосовершенстования у нашей хранительницы оказались практически уникальными.
   До прибытия «Ботаника» в систему Маятника оставалось приблизительно пятьдесят местных суток. Я рассказал своей силукской подруге далеко не про все случившееся в гостях у мадам Стража. И про прибытие «Ботаника» тоже умолчал. Сначала это казалось каким-то несущественным на фоне избавления от силков «паутины», затем у нас нашлись более срочные и важные дела, а позднее я просто уже и не решился этого сделать, не совсем ясно представляя себе реакцию своей подруги на такую задержку новостей. И этот вопрос продолжал меня слегка терзать. Наконец, подумав, что все это пока «не горит», я решил пустить процесс на самотек. В конце концов, когда «Ботаник» появится, говорить о нем в любом случае придется.
   Между тем, время мы проводили с толком. Силами военных и с неслабой протекцией дядюшки мы тщательно отремонтировали «Бурундук», по ходу пьесы слегка его модернизировав. В первую очередь добавили всех возможных мощностей Анне. За тем замене на самое «свежее» из доступных подверглось большинство систем корабля. Кое-что из запчастей нам даже передали с проходившего мимо системы военного эсминца Алуриса. Искренне удивившись, я порядком задумался о роли нашего «старого» знакомого в системе вооруженых сил Алуриса. Вряд ли простому деятелю от финансов было бы позволено допустить частичную разукомплектацию военного космолета. После этого случая я окончательно уверился, что дядюшка наш не простой бизнесмен, и встреча с ним была нам выкинута кубиками «две шестерки» самим божеством по имени Вечность.
   Затем работы по нашему «бурундуку» закончились, и пришло время слегка расслабиться. После суток индивидуальной программы мне стало скучновато, и я предложил закатить очередную вечеринку у коробейников, «слегка» затянувшуюся на семь дней. По итогам мероприятия нас окончательно записали в разряд придурков с пометкой «наши люди».
   Еще бы не записать,