Попрыгун. Трилогия

моделей. «Бурундук» заряжался более современным типом топлива из последних военных разработок, цена его была дороже, да и походило оно скорее на плазму, загнанную в контейнер. С другой стороны, такая вот штуковина могла зарядить почти на половину среднего размера транспортник, а разведчик старого образца под завязку и стоила весьма приличных денег хоть на белом, хоть на черном рынке.
   — Может, они пустые? — предположил Саныч, — чего их тут оставили, если они такие ценные?
   — Проверим, — сказал я, пробираясь к знакомой штуковине.
   Картридж даже свиду казался пожилым. Он явно повидал на своем веку не одну сотню, а может и тысячу перезаправок. Я никогда не вдавался в подробности физических свойств этого вида топлива, как, собственно, и того топлива, что работало на «Бурундуке», но общие принципы мониторинга у алурсианского оборудования друг от друга сильно не отличались. Картридж оказался тяжелым. Вытащив его из груды контейнеров, я быстро нашел закрытую нишу с адаптером и контрольную панель. Открыв и активировав панель управления, я даже присвистнул от удивления. Картридж едва не трещал по швам от забитого в него заряда, можно даже было сказать, что топливо или энергию туда запрессовали ногами. По крайней мере, индикация зашкалила в крайнем максимальном положении. Не нужно быть сем пядей во лбу, чтобы понять, что никто не будет так набивать картридж по очень простой причине — не зная точного уровня, невозможно определить стоимость. Я уже без спешки просмотрел сложенные предметы. Два особенно больших имели подобные знакомому картриджу алурсианские панели и, скорее всего, предназначались для каких-то больших грузовиков или военных кораблей. Проверка показала тот же фанатичный уровень зарядки. Еще один большой контейнер открыл панель идентичную нашему «Бурундуку». Разъем походил больше на световодный пучок, а в небольшом окошке светилось яркое голубое, почти белое пламя, показывая тот же максимальный заряд.
   — Набит до неприличия, — пояснил я Санычу, — есть подозрения, что и остальные предметы из этой оперы и тоже заряжены по самое «не могу». Где-то тут есть универсальная зарядная станция что ли? На мой взгляд, весьма непросто заправить столь разные топливные элементы.
   — Тогда ясно, зачем они сюда прилетали, — переступил с ноги на ногу Саныч. — это же золотое дно. Нужно понимать, что раз все найденные тобой штуковины были топливными контейнерами, то и все остальное тоже из этой оперы. Похоже, ребята заправляют под завязку все емкости, которые можно найти, некоторые по виду стащили с корабельного кладбища.
   — Срочно выбирайтесь! — пришла резкая команда Светланы, дослушивали которую мы уже в полете к боту, — в районе астероидного пояса зафиксировано два возмущения многомерности, очень похожие на выход кристаллических кораблей. В районе станции тоже повысился уровень флуктуаций многомерности.
   Мы спешно вышли из ангара и, несясь на всех парах, находились приблизительно в половине пути к «Ботанику», когда между нами и нашим кораблем появились сначала неясные контуры, а вскоре и быстро налившиеся цветом кристаллы кораблей. «Блоха» попала в отвратительное положение. Две тройки кристаллических кораблей представляли серьезную проблему и для самого «Ботаника». Пришлось уровнять скорость, фактически остановившись по отношению к новоприбывшим. Две тройки слегка рассредоточились и замерли. Прошла почти минута, но действий со стороны прибывших не последовало. Светлана тоже не рискнула двинуть разведчик, опасаясь спровоцировать атаку.
   — И что теперь? — задал общий для всех вопрос Саныч. — Ты же с кем-то из них общался, спроси чего им нужно.
   — Не те условия, ничего не выйдет, — ответил я. — Нас не атакуют, значит, мы не сделали им проблем, но и не отпускают, значит, от нас чего-то хотят.
   — Им что, камушков этих жалко? Так я выкину, — предположил Саныч, — жмоты стеклянные.
   — Не думаю, — ответил я, — даже если это осколки их собратьев, я не видел, чтобы они собирали их после боя. Но не могу понять, что от нас хотят, мы же ничего не взяли, ни оборудования, ни топливных элементов.
   — У меня еще есть образец оранжевой дряни, — ответил Саныч.
   — Кристалл в бардачке бота, — всплыл голос Светланы, как будто из толщи воды, — его структура близка к этим пришельцам. Сбрось его, я сама не могу, уже потеряла контроль над вашим ботом.
   — Вот черт, точно, — прошипел я, спешно отсоединяясь от блошиной системы управления, — и такое может быть, хотя, на станции этого добра полно.
   Через несколько минут, открыв внешний шлюз, я вытолкнул своим гравитационным симбиотом трофей в сторону пришедшей шестерки кристаллов. Скинув предполагаемую проблему, я резко «вотнклся»