Попрыгун. Трилогия

Все знаки находились под слоем прозрачного материала, то есть что-то стереть или дорисовать оказалось бы не просто.
   — Кто же тут мега-классиками занимался-то? — спросил я сам себя. — Играли бы в дочки-матери на деньги, глядишь, не вымерли бы.
   — Это похоже на таблицу систематизированных данных, — отозвалась Светлана. — Примитивно на нее смахивает таблица периодических химических элементов, принятая на Земле. Только тут данные совершенно разной направленности и, похоже, есть какие-то взаимосвязи. Сосканируй, пожалуйста, тщательно весь этот шедевр.
   — Слушай, да тут мне не один час возиться, — возмутился я, — а вдруг, окажется, что это наставления для домохозяек по разведению каких-нибудь сипулек?!
   — А вдруг это окажется схема пространственно-туннельных переходов, типа «Космополитен», с информацией по их сопряжению, принципами взаимодействия с многомерностью, явками и паролями? — съязвила Светлана. — За дело, разведчик, такова уж ваша шпионская доля.
   — Зараза ты, Светка, — пробурчал я, направляясь к дальнему углу помещения.
   Возился я не долго, а очень долго. К концу мероприятия у меня в глазах рябило от разноцветных ромбиков. Мысль у меня осталась только одна, чтобы от меня отстали, ведь не факт, что таблица эта всего лишь однослойная. А ну как милая найдет способ активировать второй, третий и еще какой-то слои. А мне все это придется заново обойти. Совершенно вымотанный нудным занятием я завалился вздремнуть на одном из брусков пыльной комнаты с завалом в углу. На счет пыли я не сильно расстраивался, спать я собирался в активированной броне, так как полного доверия к Марзайцу у меня до сих пор не проклюнулось. Разбудил меня Саныч:
   — Вставай, гринго, твой патрон уже проснулся и болтается по комнате, может, тебя ищет, рабы должны с восходом солнца находиться на плантациях.
   — Я — вольнонаемный, — пробурчал я, потягиваясь, — мне можно.
   — Так наоборот нельзя, чтоб тебя поперек пополам, — возмутился Саныч, — а ну как премии лишит! На что мы с тобой девок в кабаках снимать будем?
   — Твою зарплату пропьем, — усмехнулся я, — интересно, много страдиан первой ступени получает? И вообще, ты еще там числишься, или уже списан на боевые потери?
   — Вот друг, елки-иголки, — возмутился Саныч, — все бы ему на халяву. Нам бы добраться, а вытрусить положенное — дело техники.
   Марзаяц без зазрения совести трескал какие-то припасы из своего баула. Увидев меня, морда его лица стала слегка подкисленной, видимо, делиться со мной ему не сильно-то хотелось. Я же не сильно-то рассчитывал на его непроверенный рацион по этой причине за еду даже не спросил.
   — Откуда этот рюкзак? — спросил мой наниматель, — вещь практичная, хоть и старая. Они сильно распространены были после окончания войны, сейчас кое-где еще встречаются, но крайне редко.
   — Да завалило там какого-то кладоискателя, — ответил я, пожав плечами, — что в нем такого ценного-то? Сумка и сумка, не сильно-то и большая, не излишне удобная.
   — Эх, сын пахаря, как ты вообще живешь-то, по виду любой мало-мальски шустрый малый тебя без штанов оставит, — удивился Марзаяц, — элементарных вещей не знаешь. Как и любая вещь, сделанная древними, эта сумочка имеет ряд сюрпризов. Во-первых, изменяет с легкостью размеры и форму. Во-вторых, содержимое ее не горит и вообще не подвержено действиям внешней температуры. В-третьих, имея заряженный терх можно убрать вес положенного в нее груза. Есть еще в-червертых, в-пятых и так далее.
   — А что такое «терх»? — спросил я.
   — Универсальный элемент силы, — ответил Марзаяц, производя какие-то манипуляции с сумкой, — кстати, тут он есть и заряжен на полную катушку.
   Я осторожно повертел в руках темно-синий жетон, похожий на монету размером примерно с пять сантиметров в диаметре и толщиной не больше трех-четырех миллиметров. Разглядывая грань, чуть не уронил терх, перебирая руками, все же поймал его и немного виновато поглядел на Марзайца. Тот хлопал себя руками по коленям.
   — Ну ты и циркач, — похоже, забавлялся он, — ну упал бы терх, что случилось бы? Его же так и не смогли ничем вскрыть, уж от удара о пол он точно не рассыпался бы. Нет, ты какой-то особо уникальный сын пастуха. Дай сюда, а то потеряешь еще. Кстати, там в суме лежат камушки, чего не забрал? Не нашел что ли?
   — Ты же сказал подозрительное не трогать, — развел я руки, — мало ли что там в суме этой.
   — О, создатели первого кода, ну что за редкостный простофиля! — сказал Марзаяц. — Ладно, давай так. Сумку я заберу, тебе она не по рылу вышла, а камушки возьми себе. Они довольно крупные, да и места много не занимают. Я вот тебе старый баул отдам для барахла, вижу, свой ты где-то в пустыне потерял.
   Мои камушки