Слышала?
— Да, но это же полный бред! — удивилась Ассана. — Она дает кое-что, но больше в плане самосознания. Ты не шутишь?
— Нет, — серьезно ответила Луара. — Я давно ей увлекаюсь, почти с детства.
— Ну надо же! — дернула хвостом девушка. — А я к тебе с предложением. У тебя же скоро долгий полуконтракнтый отпуск? Ты на родину не собираешься? Я бы хотела, чтобы мы поехали вместе. У меня четвертинка, но я очень соскучилась.
— Давай, я чуть позже скажу тебе, — предложила Луара. — Понимаешь, я не сильно хочу ехать на родную планету. Лучше попытаюсь смотаться на какой-нибудь из миров-курортов Лазурного кольца. Хочешь, поедем вместе?
— Нет, я соскучилась по родным, — прижала уши Ассана. — Да и по финансам твое предложение очень обременительно. Ладно, пойду я, ты дай знать, если передумаешь.
Переодевшись и собрав вещи, Луара вместе со своей знакомой отправилась в сторону казенной столовой. Вечерний контрактный перекус оказался не очень вкусным, но за изыски на базе приходилось платить отдельно. Оговоренное контрактом снабжение не отличалось особым разнообразием, но в полной мере удовлетворяло потребности организма. Таким рационом многие коллеги Луары экономили деньги, откладывая на какие-то проекты. После столовой пути подруг разошлись.
— А что это за отпуск такой? — спросил я. — Будет возможность развеяться?
— Полуконтракт, — ответила моя хозяйка. — Ах да, ты же не в курсе. Контракт кроме перерывов между сменами предусматривает три больших отпуска. «Чертвертушка» — пятьдесят одни сутки, после четверти срока контракта, «полуконтракт» — сто два дня и «огрызок» — сорок восемь суток, спустя три четверти срока.
— А долго до твоей родной планеты добираться? — спросил я. — Почему ты не хочешь туда?
— Где-то сутки нужны на скачок до ближайшей планеты с регулярным сообщением и от четырех до семи суток — на рейсовом лайнере в зависимости от цены билета. Делать мне там нечего. Родители сейчас тоже на контракте, строят новую базу, а друзья, скорее всего, меня не поймут. У нас на такие контракты только семейные группы уходят. Я когда подписалась, меня за безумную считать начали.
— Ясно. В таком раскладе, я тоже голосую за планеты Лазурного кольца, — усмехнулся я. — Когда отпуск-то начинается? По подружке сердешной скучать не будешь? Или Лиу тоже поедет?
— Нет, не едет, — почему-то смутилась Луара. — У нее отпуск ближайший был совсем недавно.
— Правильно, нафига нам свои дрова в лес тащить? — пошутил я. — На месте гульнем по-взрослому.
— Да нет же, я в море покупаться, — совсем смутилась девушка, — я давно мечтала.
— Море? — спросил я украдкой. — Знакомое дело. Когда это одно другому-то мешало?
5. Пять
Наш отпуск начался совершенно неожиданно. Утром по внутренней рассылке от руководства пришло уведомление, что оговоренный контрактом отпуск может начаться с такого-то по такое-то число по согласованию работника с администрацией.
— Завтра последний день трудовой вахты и все, — сказала Луара, подтвердив предложенный срок. — Надоело мне тут все до жути.
— Вот это по-нашему, — согласился я. — Даешь отпуск!
— Так, через четыре дня лайнер на Плу-3, не очень удачно, да и дальше оттуда. Через шесть будет рейсовый лайнер на Кейлу-3, неплохо, но ждать долго, — рассматривала девушка информацию о подходе проходящего транспорта, делающего заход на базу «Албар». — О, послезавтра будет транспортник из пояса добычи. Идет медленнее, зато ждать не нужно. Перерабатывающий комплекс «Волчок-2324» постоянно в контакте с метрополией. Лайнеры там принадлежат компании, но за деньги они вполне возят всех желающих. Ух ты, цены вполне приемлемые!
— Ну так давай на нем и свалим, — предложил я. — Чего тут куковать?
— Тут есть проблема, — пробурчала Луара, разбирая сноску. — Во-первых, нет сообщения с поясом добычи, придется у начальства выпрашивать какую-нибудь посудину. Обберут по полной программе, могут и вообще отказать. Жаль, в пределах «Волчка-2324» общественного транспорта нет, а служебный для чужаков — сущая обдираловка. Так что тут мы по деньгам в сильнейшем пролете. Придется выбирать из Плу-3 или Кейлы-3.
— А давай наш истребитель возьмем, — продумал я неожиданно пришедшую мысль. — Союзники его фактически бросили, начальство забыло. Дадут нам его, интересно?
— Сейчас узнаю, чем он числится, — полезла Луара в сеть через служебный доступ. — А нет его тут по складу. Так, здесь тоже нет. Ага, вот он. Значится «утилизационная единица с длинным номером», его вообще только по приписке к прошлому судну различить можно. Думаю, что договоримся. У нас хлама в очереди на утилизацию лежит,