Попрыгун. Трилогия

для беспокойства не наблюдаю.
   — Понял, — ответил Пробой, — постарайся без риска.
   За пределами круга света, где находился наш корабль и мы вместе с ним угадывались какие-то темные силуэты, иногда виднелись блеклые отсветы, но из-за контраста света и тьмы рассмотреть уверенно окружающую обстановку оказалось затруднительно.
   — Енот, дай свет по носу, — скомандовал я.
   Явно оберегая наши глаза, лобовые прожекторные пластины тускло зажглись и постепенно стали набирать силу. Перед моими глазами из тьмы возникла странная полупрозрачная конструкция. Как будто я смотрел в голографический куб со стороны пыльной грани. За немытой гранью угадывались контуры каких-то конструкций, а может помещений, кое-где они обрисовывались четко, а где-то их покрывала мелкая вязь рисунков или надписей. Пытаясь рассмотреть что-то в глубине этих голографических схем, я неожиданно почувствовал легкое прикосновение холода. По спине пробежались мурашки, а я почувствовал себя весьма неуютно, как будто очутился посреди людной улицы в одной лишь набедренной повязке. С натугой сглотнув, я отвел взгляд и посмотрел на вставшие дыбом волоски моего предплечья.
   Неспеша шлепая босыми ногами, я обошел вокруг «Енота», потрогал прохладный и почему-то чуть влажный корпус, присел, внимательно осмотрел и даже пощупал палубу. В отличие от поверхности истребителя палуба оказалась сухой теплой и гладкой, но ноги не скользили по ней. В задумчивости я поднял глаза и встретился взглядом с Луарой. Моя спутница стояла в позе любопытствующего созерцания, глядя на меня. Почему-то мне показалось, что с самого момента одевания она не сводила с меня глаз.
   — Неужели вид неодетого мужика интереснее необычной обстановки? — спросил я, подмигнув.
   — Наверное, — она почти по-человечески передернула плечами. — Должна же я внимательно рассмотреть, кто живет у меня в голове.
   — Ты же видела уже в виртуалке «Енота», — удивился я. — Неужели не поверила?
   — Там было все довольно скупо отображено, — ответила девушка. — Мне кажется, что тут ты живой.
   — Ну да, может быть и живой с приставкой «почти», — согласился я, передернув в ответ плечами. — Нравлюсь?
   — Нет, — скривила Луара носик. — Как бы сказать… Ты какой-то лысый, хотя черты лица можно было бы назвать интересными. И круглые уши… Они такие смешные…
   — Эй, я не лысый, — усмехнулся я. — Я чрезвычайно волосатый мужик, вот гляди, почти косички можно заплести, особенно на ногах и груди.
   — Ну не знаю, — оценивающе прищурилась моя подруга, — они какие-то редкие, да и лицо совсем голое. Нет, мне как-то не по себе. И на ощупь, наверное, неприятно будет.
   — Ну так пощупай, глядишь потом за хвост тебя не оттащить будет, — поманил я девушку пальцем.
   — Ой! Точно, у тебя же нет хвоста, — от удивления глаза Луары опять стали как блюдца. — Ну как можно без хвоста-то?! У нас даже калеки…
   Лицо девушки вдруг стало испуганным, шерстинки опять встали дыбом, уши прижались к голове, а хвост плотно обернулся вокруг ноги. Я подумал, что она увидела что-то незапланированное за моей спиной и начал оборачиваться, когда услышал сказанную почти шепотом фразу:
   — Ты только не обижайся, ладно?
   — Было бы на что, — выдохнул я с облегчением. — Представители чужого вида не обязаны нравиться, главное, чтобы они не вызывали сильного отвращения.
   — А я вызываю, наверное… — грустно предположила девушка.
   — Я бы сказал наоборот, — усмехнулся я. — С интересом бы тебя потрогал.
   — Нахал, — глаза Луары опять ожили.
   Небольшое отступление от серьезности момента оказалось как нельзя кстати. По крайней мере, Луара перестала выглядеть испуганным и загнанным в угол зверьком. Ну а что до необычной реакции юной девушки на меня, так я сам задавал себе вопрос, как бы я реагировал в похожей ситуации, если бы не видел и не ощущал тело Луары до этого эпизода. Ну сами посудите, беседуете Вы несколько месяцев, к примеру, с человеком, а потом он вдруг оказывается высокой прямоходящей кошкой, кстати, весьма приятной для глаза.
   Обувшаяся Луара выказала полную готовность к прогулке, чего нельзя было сказать обо мне. Странная виртуальная реальность напрочь отказалась выдать мне даже сланцы. Прихватить с собой оказалось возможным только те вещи, которые прибыли с нами на «Еноте». На самом деле я не сильно расстроился, так как полагал, что дальше ангара нам просто не пройти. Пока Луара с интересом рассматривала МИ, который по ее просьбе поменял цвет сначала на зеленый, потом на желто-зеленый и, наконец, вернулся к фиолетовому, я, осторожно поглядывая на пол, подобрался к полупрозрачной грани, которая освещалась прожекторными пластинами нашего истребителя.