Приключения нашего собрата-студента, в силу некоторых обстоятельств нежданно-негаданно угодившего на военную службу в космические силы некоего Содружества.
Авторы: Хвостополосатов Константин
— Наверное, «да», — сказала она.
— Давно ли тебя сомнения стали есть? — сказал я. — МИ не имеют сомнений, у них могут быть спорные решения или конфликты, устраняемые алгоритмами.
— Не знаю, — сказала Светлана. — Я бы хотела рискнуть. Хотелось бы стать совершеннее.
— Хорошо, — сказал я. — Я даю санкцию. Надеюсь, что потом ты не устроишь бунт на корабле, и не будешь бортовать мои приказы, как капитана.
— Принято, капитан, — отозвалась Светлана.
Так, до подхода на базу еще есть время, нужно поесть нормальной еды, и поваляться в ванной. Кстати, о ванной! На харч ушло, наверное, с час времени, я сидел и, не спеша, со смаком уминал запеченного в фольге фаршированного зеленью и майонезом карася, наверное, килограмма с полтора, жаль, что в основном костей. Уминание такого блюда требует сосредоточенности и полной душевной отдачи. Пред приемом пищи я попросил Светлану организовать в каюте отсутствующего связиста ванную со всеми атрибутами, можно даже ванно-банный комплекс. Светлана сказала, что сразу после еды я могу туда отправиться. И вот я неспеша обдумывал по совету Светланы, какой в моем понимании должна быть та самая ванная комната.
Ванная оказалась отменной, я такие только в кино видел. Пузыри, чтоб я так всегда жил, вода теплая, регулировка температуры плавная, нужно просто мысленно корректировать, что, да как. Не знаю, что контролировало ванную, какой-нибудь МИ, снятый с киборга или еще какая автоматика, я просто залез и бесстыже оттягивался в пузырях теплой воды. Как бы ни стимулировало подключение в кресле, поваляться в теплой водичке было делом приятным, может, пригрезится что-нибудь доброе и нежное. Как не крути, организм требовал нормального и привычного отдыха, в пилотском кресле можно было надолго оттянуть эту потребность, но убрать совсем — нет.
— Вот оно счастье, — подумал я, растворяясь в теплых пузырях. — Нужно будет Санычу сказать, он ведь, пока, не знает.
*****
Не помню, что мне снилось, но это было что-то хорошее. Уж проснулся-то я точно от избытка хороших ощущений. Сразу даже не понял, что уже проснулся. Этот непременно нужно описать в деталях.
Лежу, значит, глаза не открываю, пытаюсь поять во сне я или уже наяву.Понять пока не удается, потому что кто-то нежно гладит меня по голове, медленно перебирая волосы. Мысль о Саныче, сменившем ориентацию, я отбросил сразу, нечего похабить такую приятную мечту. Не может бывший боевой офицер стать голубком ни с того, ни с сего. Оставалось наглядно убедиться, что я проснулся. Потихоньку открываю глаза, вижу рядом со мной симпатичные, такие, женские ножки, неспешно болтающие воду в ванной. Вода небрежно скользит по слегка тронутой загаром коже, скатываясь капельками обратно в купель, чтобы снова омыть эту мечту впечатлительного романтика и снова отступить. Ножки без сомнения достойны всяческих похвал, осталось узнать, чье это богатство болтается в нашей новообретенной ванной. Поднимаю глаза, на краю ванной сидит Светлана в купальнике и короткой юбочке, как у теннисисток. Голова на плече, на лице полное умиротворение. Опираясь на одну руку, второй рукой девушка перебирает мои волосы.
— Светлана? — спрашиваю я.
— Да, командир, — мурлыкает она.
— А, понимаю, я все-таки сплю, — продолжаю я. — Ты можешь быть только голограммой.
— Это не совсем я, — усмехается Светлана.
— Ясно, — ухмыляюсь я, протягивая руку и скользя от колена вниз по гладкой коже ноги. — Это фея снов, пришла проведать непутевого мальчишку, так резко покинувшего ее в переходном возрасте.
