Приключения нашего собрата-студента, в силу некоторых обстоятельств нежданно-негаданно угодившего на военную службу в космические силы некоего Содружества.
Авторы: Хвостополосатов Константин
— Зачем ты это сделал? — спрашивает она, широко открыв глаза.
— Я хотел узнать несколько вещей, — отвечаю я с улыбкой. — Первое, насколько ты стала идентична оригиналу. Второе, должен же я знать, как пахнет моя любимая женщина, ведь каждый мужчина в душе зверь, знающий самку, в том числе по запаху.
Светлана заинтересованно смотрит мне в глаза. Я опускаю руку в пузырящуюся воду.
— Стекляшка как относится к такому пользованию его «телом»? — спрашиваю я.
— С восторгом, — отзывается Светлана. — Пока мы слиты, он разумен. Он готов всю оставшуюся жизнь быть в таком состоянии. Я его понимаю, наверное, трудно быть овощем, как говорят люди.
— Это хорошо, — улыбаюсь я. — А как ты? Проблем у тебя с этим слиянием нет? Ты Сеткляшке вообще доверяешь?
— Я — великолепно, — улыбка озаряет лицо Светланы, подчеркивая румянец. — Я научилась чувствовать и получила отличный инструмент для проявления новых навыков. Это все равно, что спросить слепого, как у него дела, вернув ему зрение. И это сравнение просто убого примитивно по сравнению с моей ситуацией. Ну а на счет доверия, то после всего, что я узнала о нем — как себе. Кстати, Стекляшка проникся огромным доверием, граничащим с почтением, за то, что ты одарил его именем.
— Саныча-то не забудешь? — ехидничаю я.
— Не в коем случае, — ухмыляется Светлана. — У нас полиандрия. Я же — МИ, ты не забыл? Моя многопоточность может объять дружбой и любовью экипаж крейсера, причем каждого могла бы любить уникальная Светлана.
— Так что, ты и Светлана, любящая Саныча — суть разные личности? — спрашиваю я удивленно.
— Нет, конечно, — отвечает Светлана. — Это все — я, но ты не забывай, что я — не совсем человек, если не сказать совсем точно, что совсем не человек. Вы, трое, мои первые друзья. Правда, сомневаюсь, что будут другие, я боюсь быть уничтоженной, так что вряд ли найду в себе силы открыть правду кому-то еще.
— Санычу уже показывалась? — спрашиваю я.
— Нет пока, — подергивает Светлана плечиком. — Хотела узнать мнение капитана, да и жутко боялась, честно сказать. Я верила, что вы ко мне относились и раньше, как к другу, но все же разница в моих состояниях стала просто разительна. Знаешь, бояться — весьма не свойственная для МИ вещь, и поэтому она пугает куда сильнее.
— Ну, тогда иди, обрадуй Саныча, — говорю я, плеская водой на Светлану. — Только приготовься к самому страшному для девственницы. Саныч — мужик очень быстро заводящийся. Если его, конечно, не переклинит от удивления.
