Попутчик

— Ты делаешь очень хорошее дело, — сказал ей Фальк по-русски. Он повернулся и передал антиблики Мауса Тал, прежде установив режим «низкой освещенности». Она надела прибор, чуть наклоняя голову и поджимая губки, словно девушка с обложки модного журнала.
— Порядок, — произнесла она.
Машина тронулась, секунду колеса проворачивались в грязевых потоках колеи. Затем грузовик начал двигаться, следуя вверх по колее, тянувшейся под большим извилистым уклоном.
Подъем был крутым, и погода ужасная. Снова пошел дождь, такой сильный, что даже растрепал «крышу» из веток над дорогой. Но грузовик был готов ко всему, простая, добротно сделанная практичная машина, приспособленная к любому бездорожью.
Несмотря на навес из веток и листвы над дорогой, на западе виднелся красный отблеск от горящего склада горючего. Фальк все время спрашивал себя, преследуют ли их блоковские солдаты. Отправили ли они другие грузовики в погоню через лес? Или ждут подкрепления и новых инструкций? Он почти не сомневался, что на месте командующего решил бы преследовать их. Отряд Фалька нанес по ним ощутимый удар. Он постарался бы выяснить, кто они такие и откуда там взялись.
Проселочной дороги не было на карте, которой пользовались они с Рашем. На подробной карте кадастровой службы в «Двадцати тысячах акров леса» были пронумерованы даже ручьи и показан особняк, которого там, в принципе, не должно было быть.
Но никакой проселочной дороги на карте не было. А на самом деле это была не просто какая-то колея, проложенная пару раз проехавшим грузовиком. Да, она не имела специального покрытия, но она была широкая и вполне надежная. Она образовалась в результате довольно интенсивного движения тяжелого транспорта, возможно даже гусеничного. Грузовой транспорт, промышленные машины. Чтобы получился такой тракт, движение должно быть регулярным. Каждые несколько миль встречались небольшие расширения, которые, предположительно, позволяли машинам разъезжаться. Рабочий маршрут. Куда он вел? К шоссе? Возможно. Рабочая ветка, дающая доступ напрямую к главной транспортной артерии, может быть к складу горючего.
Все просто. Она вела туда, куда они едут.
Тал предположила, что ее использовали для вывоза добытых ресурсов. Проходит она рядом с участком Себерга, его роскошным особняком и тянется прямо через ту местность, где находятся все его четыреста заявленных участков. Все четыреста, которые АП вырвала у него, прикрываясь «Планом стратегического развития». И этот проселок в прямом и переносном смысле показывал, насколько далеко добралась империя Грейсона Себерга.
Фальк отрегулировал свои антиблики и снова включил видеоролик. Он видел мужчину и женщину, как видел их Смиттс: в прямоугольнике открытого люка вертолета, на фоне блеклого дневного света. Он наблюдал за губами девушки, застрелившей его, и за губами мужчины, которого с отвращением узнала Тал. Теперь он понимал их диалог благодаря добавленной ему программе русского языка — национального языка Блока.
— Они ничего не знают, — произнесла девушка, усталая и недовольная. — Они даже не знают, зачем они здесь.
— Тогда надо быстренько обезопасить наш проект, пока они не поняли, в какое дерьмо вляпались, — ухмыльнулся мужчина. — Или, может, разыщем этого долбаного Грейсона и спросим его, а?
— Он задыхается в аду, — сказала она. — «Адапроект». «Адапроект» — все, что у нас есть.
— Да, но какой у него номер? Ты нашла?
— Нет еще, — огрызнулась она. — Блин, у них цифровые коды! Вот дерьмо!
Внезапно они оба посмотрели на Смиттса и выпрямились во весь рост.
— Этот ублюдок еще жив…
Конец видеозаписи.
Фальк прокрутил ролик еще раз. А затем еще.
«„Адапроект“ — все, что у нас есть». «Блин, у них цифровые коды!»
Фальк несколько раз глубоко вздохнул. Теперь он знал, о чем говорили мужчина и девушка на записи. Он прошел в папку, где хранились снимки, которые уже он сделал на эти антиблики. Он фотографировал карты в кадастровой конторе в Айбёрн Слоуп, много карт. Та, которой они пользовались, была одной из самых подробных — крупномасштабная карта той части леса, где завершил свое существование «Пикадон». Другие карты были старее, более общие, с меньшим масштабом. Имелись также карты, отражающие минералогическое сканирование, влажность, пойму реки. Были записи по самым разным показателям в самое разное время. Базы данных АП не раз компилировали их, создавая единую информационную базу.
Фальк листал карты, внимательно изучая пометки на краях или другие опознавательные знаки. На некоторых ничего не было. На других обнаружились надписи от руки вдоль голубых пунктирных линий. И еще были карты, напечатанные фотомеханическим