Потрясающий научно-фантастический боевик от признанного мастера авантюрного экшена и звезды вселенной «Warhammer 40000» Дэна Абнетта! Будущее, в котором люди осваивают новые миры, в котором с новой силой возрождается дух первопоселенцев и исследователей новых земель, – это будущее все же не свободно от борьбы за ресурсы, какими бы обильными они ни были.
Авторы: Абнетт Дэн
музыка делала всю эту поездку сюрреалистичной.
Фальк смотрел на Бигмауса. Он понял, что Бигмаус, обойдя замок зажигания, обманным путем запустил систему электродвигателя, но ограничитель поворота колес был все еще включен. Бигмаус не мог повернуть руль. А мерзкая Шиона Кона пронзительно вопила, какой у нее отличный бойфренд. Бигмаус принялся топать по тормозу, но это привело к тому, что смарткарт вылетел на мокрую грязь. Колеса стали прокручиваться, машину уводило в занос.
— Смотри, там… — начал Фальк.
Они врезались в воротный столб, которым заканчивалась металлическая ограда. Столкновение пришлось на левую сторону, в результате частично пострадала ниша колеса. Платформу развернуло, а Фалька и Бигмауса швырнуло вперед.
Термоядерный двигатель запустился. Возрастающая скорость наконец спровоцировала его пуск. Он гремел и ревел, как промышленная помпа или конвейер у нерадивого хозяина. Карт трясся и подскакивал на ходу. Из выхлопной трубы валил серый жирный дым.
Как только термоядерный двигатель прочихался, ограничитель рулевой колонки автоматически отключился. Бигмаус даже заорал от радости.
Они на скорости понеслись вниз по дороге, с музыкой, развевавшейся за ними, как шлейф.
Бо льшая часть зданий поселка Айбёрн-Хилл была разбросана у подножия холма. Миновав ветряную электростанцию, грузовик набрал уже приличную скорость и бежал мимо орошаемых полей в сторону сбившихся вместе сараев и домов. Когда электростанция осталась далеко позади, Бигмаус немного замедлил ход и отыскал кнопку, положившую конец завываниям Шионы Коны.
Они въехали на территорию поселения. Над главным бараком, на мачте, похожей на бушприт, развевался флаг Объединенного Общества. Ничто не говорило о присутствии людей. Окна домов закрывали жалюзи. Грузовик протащился между длинным приземистым деревянным бараком, служившим инкубатором и курятником, и узким сараем, в котором расположился мини-завод по переработке гнилых овощей и — Фальк даже не сомневался — жуков в брикеты для корма животных.
Бигмаус и Прибен спешились, чтобы разведать обстановку. Фальк тоже вылез и остался ждать около смарткарта. Совсем скоро он, наверное, умрет. Правый глаз видел плохо, моторика была плохой как никогда. Он чувствовал холод. Он собирался умереть или, вернее, проснуться оттого, что его вытаскивают из этого долбаного резервуара «Юнг».
Несколько раз он обошел вокруг смарткарта, разминая ноги. Грузовик был старый и пережил не один ремонт. Вдоль ходовой части, ниже кузова, остались следы тарифных штампов. Транспортное средство или, по крайней мере, его платформа на планету Поселение 86 привезено. Скорее всего, грузовик использовался еще до того, как здесь появилось какое-либо производство. Так или иначе, ему довелось нести службу и на других колонизированных планетах. Некоторые поселенцы насчет этого были суеверны. Если они, или их близкие, или потомки переселялись на новую планету-колонию, то часто брали с собой машины или оборудование, хорошо служившие им: смарткарт, который никогда не ломался, спутниковый передатчик, выдержавший не одну бурю, автоплуг, помогавший кормить уже несколько поколений семьи. Частично так было заведено, а частично просто требовались надежные инструменты.
Большой сине-зеленый жук размером с его ладонь с жужжанием, неторопливо и лениво, дважды облетел его и смарткарт, затем поднялся в небо, поблескивая, как стеклышко.
Фальк заплакал. Это не были слезы маленького потерявшегося мальчика, стоявшего около прилавка «ПроФуд» под теплой улыбкой Билла Берри. Это был душераздирающий плач, глубокое, подобное землетрясению рыдание человека, понесшего невосполнимую утрату. Это было горе, и он не мог справиться с ним. Не мог проглотить его или заглушить.
Не мог, потому что горе было не его. Раненый, напуганный, расстроенный и крайне уязвимый, Фальк, возможно, тоже рыдал бы, если бы имел к этому склонность. Склад ума Фалька просто подыскал подходящую форму для выражения страданий Блума. Это все касалось ошибок, и многократного неудачного выбора, и потрясающего осознания, что он вляпался в дерьмо по самые уши. Он провалился на большинстве профессиональных уровней, ожидаемых от него. И он основательно скомпрометировал себя как солдат ВУАП.
Особенно это касалось девушки по имени Карин Стаблер. Фальк безутешно оплакивал женщину, которую никогда не знал. Он выражал горе Блума за него.
Когда дело было сделано, когда острый приступ горя прошел, словно гроза, он неожиданно почувствовал себя лучше. Он ощущал себя более собранным, чем когда-либо, с тех пор как проснулся в переулке под улыбкой
