Там, где ненависть рвётся главенствовать… Где большие потери стали привычным делом, а личные переживания просто ничтожны… Там, всё глубже и глубже втягиваясь в чужой конфликт, живёт и выживает офицер Российской армии капитан Вольнов. Противостояние растёт и ширится. Чужая война вытесняет всё личное, но кто-то решает, что этого мало, и втягивает Алексея в череду необъяснимых, загадочных событий. Теперь его цель не просто выжить. Его цель — разобраться в происходящем и докопаться до сути более чем странного конфликта.
Авторы: Гутеев Виктор
как ожидалось. Это понимают все. Бойцы пятой роты, плотной толпой набившиеся в проходе, тревожно вертят головами, прислушиваясь к нарастающему гулу. На десятой минуте по стенам и полу прохода пошла лёгкая вибрация. Полк упорно пробивался к намеченным рубежам.
Поглаживая ладонью рукоять автомата, Алексей ждёт. Он знает: пятая рота начнёт действовать после того, как основные силы достигнут определённых линий. На это полку отводилось семь минут, прошло, более двадцати, сигнала нет. Отыскал взглядом полковника.
Тот, привалившись спиной к переборке, стоит и не шевелился. Сквозь отражающее свет забрало шлема разглядеть выражение его лица не представляется возможным, однако от Алексея не скрылось движение губ. Как представитель штаба, он имеет доступ к командной частоте. Алексей пока не пользовался данной привилегией, но обстановка требует быть в курсе событий.
Стоило переключить канал, как в шлемофоне послышался голос вице-адмирала Масторда, руководящего операцией в целом.
– Собрали всё, что оказалось под рукой, и бросили к вам. На подходе транспорт с экспериментальным вооружением; как прибудет – сразу подключим.
– Надеюсь, он придёт быстро, иначе от моего полка останется только номер.
– Мы солдаты, – отрезал вице-адмирал, – смерть – наш труд.
Спустя ещё несколько минут полковника вызвал Аскоев.
– Закрепились на заданных рубежах, – докладывает майор, – руконогие постоянно контратакуют, дерутся отчаянно. Опасайтесь роботов, мы выбили вроде всех, но будьте внимательны. До связи.
– Вас понял.
Полковник распрямил плечи, переключил канал связи, набрал в лёгкие воздуха и отдал приказ.
Гул идущего наверху боя заглушило ревущее шипение. Баллоны с охладителем, опорожняясь струями азотного концентрата, быстро наполнили пустоту отсека тяжёлой стужей. Едва температура опустилась ниже трёхсот градусов, тугоплавкий шнур, прикреплённый к потолку отсека, мгновенно разогрелся и вплавился в перекрытие. В отсеке полыхнуло, к полу потянулись вязкие струи расплавленного металла.
По ушам ударил металлический скрежет. Через секунду вниз обрушилась вырезанная в потолке полуметровой толщины плита, некогда служившая полом мостика. Концентрация охладителя позволила семи существам, рухнувшим вместе с ней, не изжариться заживо.
Хлынувшие в отсек пехотинцы с чужаками не церемонятся. Дёргающих конечностями и пытавшихся подняться после падения пришельцев пинками и прикладами вновь сбили на палубу. Вокруг каждого суетятся солдаты, одни держат и вяжут суставчатые конечности, другие, орудуя гидравлическими ножницами, аккуратно режут затянутые на сухих телах ремни с амуницией и приборами самоумерщвления. Прикоснуться к приборам люди не позволили ни одному пленнику.
Рота работает единым механизмом. Пока два взвода пристёгивали пленных к заранее заготовленным раздвижным носилкам, остальные, рассредоточившись по краям упавшей в центре отсека плиты, держат на прицеле вход в рубку. За их спинами шестеро бойцов уже установили две турели, и, задрав жала стволов, приготовились к бою.
Шелест открывшегося люка слышат все, завизжали турели. Поток снарядов разметал мелькнувшие в проходе тени.
– Быстро, быстро, – сипит наушник голосом полковника.
Пехотинцы, подхватив отчаянно дёргающихся пленников, потащили драгоценную добычу к выходам из отсека. Чужаков понесли разными проходами. Посмотрев им вслед, оставшийся не у дел Алексей, решил пробираться к челноку вместе с ними.
Приёмники турелей, опустошив боекомплект, жадно щёлкнули. Воцарившуюся на мгновение тишину взорвал грохот автоматов. Бьющие вверх трассы очередей сошлись в одной точке. Пехотинцы, кроша рикошетами панели отделки, от души бьют по входу в рубку, но плотности огня не хватает.
Из глубины прохода вниз забросили неправильной формы шар немногим больше крупного яблока. Не найдя достойного убежища, Алексей упал за рухнувшую вниз плиту. Вопреки ожиданиям шар, пролежав несколько секунд, просто сморщился, выпустив в воздух струю прозрачного дыма.
– Держим вход. Окрик офицера восстановил плотность поредевшего огня.
Поняв, что опасность миновала, Алексей поднялся на ноги.
В этот момент струящийся из шара дым вступил в реакцию с воздушной смесью. По отсеку прошлись воздушные завихрения. Колебания воздуха, едва добравшись до переборок, тут же рассеялись, не причинив ровным счётом никакого вреда.
Эффект почувствовал, когда собрался шагнуть вслед за ушедшей группой. Воздух в отсеке словно
