Что делать, если оказываешься в мире, где одна половина его обитателей жаждет твоей смерти, а другая просит их спасти? Причем грань между врагами и друзьями настолько размыта, что сразу и не поймешь, кто есть кто.
Авторы: Чернованова Валерия Михайловна
парк. Великолепное место, хочу вам сказать. Войдя в ворота парка, мы двинулись по аллее к крутому спуску, который привел нас на берег озера. Сейчас оно было покрыто тонкой коркой льда (поразительно, температура плюсовая, а ни снег, ни лед не тают!) и напоминало гладкий каток. «Вот бы мне сейчас коньки!» – мечтательно подумала я, но потом решила, что фигуристка из меня так себе. Так что блеснуть грацией все равно не удастся. Печально вздохнув, переключилась на созерцание зимнего пейзажа.
Вдоволь нагулявшись по берегу озера, мы вернулись в парк. Время близилось к вечеру, поэтому горожане, покончив с делами насущными, покинули свои гнездышки, чтобы насладиться волшебной природой Неаля. Малышня носилась вокруг родителей, требуя купить очередную порцию какойто ванты. Заинтересовавшись названием, я спросила ребят, что это такое. Рэй сразу же метнулся к ближайшему прилавку и принес мне небольшую вазочку с торчащей из ее содержимого ложечкой.
– Такого ты никогда не пробовала, – уверенно заявил он и стал ждать моей реакции.
Я зачерпнула ложечкой ванту и отправила в рот. Господи, мороженое! Вкуснейшее ванильное мороженое, политое шоколадом и присыпанное разноцветной крошкой. Марципанами, повидимому.
– А еще я люблю клубничное и фисташковое, зелененькое такое. У вас есть?
Друзья разочарованно вздохнули и отправились к прилавку искать клубничное и зелененькое. Быстро сообразили, что одной порцией я не ограничусь и ближайший час мы проведем здесь, пробуя остальные сорта ванты.
– Не боишься поправиться?
Я закашлялась и повернулась на звук ехидного, столь неприятного мне голоса.
– А у меня ускоренный обмен веществ. Еще вопросы?
Д’Ор попытался увести меня в глубь парка, но я заверила его, что, если он сейчас же не уберет руки, оставшаяся часть мороженого перекочует на его физиономию. Недовольно скривившись, эльф заметил, что приближаются мои друзья, и быстро ретировался, успев напоследок прошептать:
– Мне нужно с тобой поговорить. И коечто рассказать. Сегодня вечером будь во дворце. Я найду тебя.
– С какого перепуга ты решил, что я захочу с тобой разговаривать?
– Узнаешь это? – Он протянул мне сложенный вдвое лист бумаги.
Я попыталась принять равнодушный вид, но любопытство взяло верх. Развернула лист. На нем была изображена руна. Та самая, которая украшала камень илларов, кинжал Эрота и мои ножи, так и оставшиеся в телах стражников Шерэтта. Не в силах бороться с искушением, я быстро спрятала рисунок в карман плаща, чтобы ребята не заметили, и кинула на прощание:
– Не забудь захватить с собой ящера или какую другую тварь. А я возьму феникса. Если что, послушаем пение птички.
– Чего он хотел? – спросил, нахмурившись, Рэй, когда Одиэн скрылся в воротах парка.
– Как всегда, испортить мне настроение. А вы что принесли? – Позабыв на время о рисунке, я принялась потирать руки, раздумывая, с чего бы начать. Так и не решив, с чего именно, стала пробовать всего понемножку. Мы оккупировали свободную скамейку и принялись выбирать самый лучший сорт ванты. Но так и не пришли к единому мнению. Побродили по парку до позднего вечера, потом мы с Лором отправились во дворец, а близнецы решили задержаться в некой таверне под названием «Бертово логово». Вроде бы там отменно готовили дичь и подавали запрещенный в остальных тавернах Неаля трок. Что это такое, я решила не спрашивать, побоявшись впасть в искушение и остаться с ними. А ведь меня ждал д’Ор…
…Я бежала по кладбищу, чувствуя за спиной шаги. Пыталась проснуться, но не могла. Сон сковал разум и безжалостно закинул меня в прошлое. Вот шаги уже совсем близко. Еще чутьчуть, и его рука коснется моего плеча. Кто он? Шерэтт, Уэйн… Вдалеке послышался низкий гортанный смех, затем смех с бешеной скоростью пронесся над верхушками деревьев и остановился возле статуи геллании. Та, как и прежде, застыла, сложив молитвенно руки, и с тоской смотрела на небо.
Обладатель леденящего смеха стоял в тени статуи и не переставал хохотать. Я с отчаянием глянула на ангела. «Ты же можешь спасти меня, забрать из этого мира, – беззвучно прошептала я. – Забери меня. Умоляю».
Смех зазвучал с удвоенной силой, но уже за моей спиной. Я почувствовала холодное лезвие у своего горла и, судорожно вздохнув, замерла. Словно играя со мной, неизвестный медленно провел острием по похолодевшей коже, но потом, убрав кинжал, развернул меня к себе и прошептал:
– Тебе не скрыться от меня, посланница…
Я резко села и огляделась. Мягкий свет от потрескивающих в камине поленьев бросал на стены неясные отблески. Вокруг было тихо. Лишь негромкое постанывание ветра за окном нарушало ночной покой.
Эрот. Это был он. Сколько времени прошло
