ей чтото такое, что перевернуло ее мир. Ты не думал о том, что Владыка мог рассказать ей правду?
Думал. Тысячи раз я спрашивал себя, что такого отец наговорил сестре, если это заставило ее убежать. До того случая она не покидала пределов Драгонии.
– Зачем Шерэтту нужно было открывать Эдель правду? Столько лет молчать, а накануне свадьбы все рассказать? Да и не бросила бы она тебя изза этого! Ты ведь не имел никакого отношения к смерти Наины.
Воллэн грустно усмехнулся и поднялся с кресла.
– Я, наверное, пойду, Дор. Слишком утомительным был сегодняшний день. Прошу, распорядись, чтобы в мою комнату принесли кристалл. Сил нет тащиться за ним в хранилище.
Я кивнул и, похлопав друга по плечу, вспомнил, что хотел еще коечто спросить.
– Ты сказал, что у Нарин есть феникс. Откуда?
Воллэн расплылся в довольной улыбке.
– От Кенэта. Феня, так она назвала его, прилетел к Нарин на следующий день, да так и остался с нами. Я связал их. Теперь у человеческой девчонки есть красный феникс! – приятель шутя толкнул меня в бок. – Даже у вас такого нет, ваше высочество.
Ну и что? Меня и обычный феникс устраивает. Главное, что мой Эрион послушен. Феня! Бедная птица! Несколько столетий жить с таким именем!
– Кстати, давно хотел спросить, Дор, ты не знаешь, куда подевался феникс Шерэтта? Никто после смерти Владыки его не видел.
– Сам теряюсь в догадках. Наверное, когда отец умер, птица решила остаться на свободе. Хотя любимым местом феникса был Ирриэтон. Демоны его знают!
Воллэн открыл дверь.
– Взрослый красный феникс на свободе… это слишком опасно для окружающих… До завтра.
Друг отправился спать, а мне предстояла долгая бессонная ночь. Нужно было как можно скорее отправить послание в Неаль. Эдель должна вернуться домой! Я сделаю все возможное, чтобы так и было!
N. N.
Нарин и Дорриэн
Наконецто я выспалась! Без кошмаров, бессонницы, насекомых и всего остального, что так донимало во время пути.
Сладко потянувшись, окинула комнату заинтересованным взглядом. Вчера моих сил хватило только на то, чтобы раздеться и упасть в кровать. Засыпая, думала, как же хорошо, что друзья рядом…
Сиреневая гостиная, как назвал ее Владыка, оказалась очень милой и уютной. Стены просторной комнаты были обтянуты светлосиреневой тканью. Кровать размерами ничем не уступала той, которая стояла в не приглянувшихся мне покоях. На окнах висели светлые занавески. За одной из них оказалась дверь, ведущая на маленький балкончик, заставленный горшками с цветами, точно такими же, как и в самой комнате. Помимо кровати в Сиреневой гостиной, как и полагалось, находились сундук для белья, шкаф, два кресла и небольшой столик, на который Инэка уже успела выставить мои скромные туалетные принадлежности. В целом обстановка создавала ощущение тепла и комфорта.
Я схватила лист бумаги и перо, лежащие на столике, быстро написала Теоре письмо, в котором заверила королеву, что добрались и устроились мы относительно нормально. С Лориэном все в порядке, и глаз с него спускать никто не собирается. О шарках, демоницах, Кенэте и остальных неприятностях решила не писать. Зачем по пустякам беспокоить и без того сильно встревоженную женщину?
Прикрепив письмо к лапке Фени, попросила пернатого друга быть осторожным и возвращаться как можно скорее. Радостно взвизгнув, от чего у меня чуть не лопнули барабанные перепонки, птенец вылетел в окно.
В дверь громко постучали. Не дожидаясь ответа, в комнату гурьбой ввалились ребята. Они уже собрались, и по глазам было видно, что чтото задумали.
– Вставай, соня! – Рэй, как обычно бесцеремонно, уселся на кровать. – На дворе уже день, а ты все дрыхнешь. Бедная служанка два раза стучала. Там Владыка Совет старейшин решил на полдень назначить и поручил Инэке предупредить тебя.
Я зевнула и спросила:
– А сколько времени?
– Половина двенадцатого, – радостно улыбнувшись, просветил меня Стэн.
Черт! Я прогнала мальчишек и, вскочив с кровати, позвала Инэку. Девушка появилась через мгновение. Похоже, последний час она дежурила у моих дверей, чтобы, как только я проснусь, сразу же сообщить «приятную» новость о Совете. Должна признать, дело свое она знала отменно.
Пока я принимала ванну и смывала с себя дорожные пыль и грязь, эмпатия принесла завтрак, приготовила платье.
Купленное мною у Эрины темнобордовое не подходило – день выдался слишком жарким. Ладно, продемонстрирую его, когда представится подходящий случай.
Пока завтракала,