Мир дальнего перекрёстка. Перекрёстка миров. Там есть магия и даже магическая цивилизация. И ещё Боги. Были. И один из них, вернее одна, подобрала вас в качестве помощника в весьма деликатном деле. Сможете ли вы выжить в новом мире и справиться с божественным поручением?
Авторы: Абвов Алексей Сергеевич
заметно пострадало, приходилось восстанавливать былые рефлексы на ходу, каждый миг рискуя сорваться вниз. Пока мне везло, так как скала оказалась относительно прочной. Редкий камень подло выкрашивался из-под ноги. Так без спешки я слез с отвесной кручи в то, что можно условно назвать ‘плато’. По сути — это было огромное нагромождение камней над вечным ледником. Наступила темнота, я ужасно вымотался и едва понимал, что делаю и куда бреду. Хоть и оставалась тревога повторения анабиоза, но спать всё равно нужно.
Следующий день — действительно день, ибо проспал всего лишь несколько часов, вскочив с первыми рассветными лучами, ушел на штурм плато и переход через тающий ледник с обходом стороной целых озёр талой воды. Двигался следом за собиравшимися вместе ручьями, они ведь текут туда, куда и мне нужно. Шум огромного водопада хорошо слышался с очень большого расстояния. Снова стемнело, но ночевать на льду глупая затея. Только к следующему рассвету я вышел к скальному провалу, куда шумно извергались стекавшие с ледника потоки воды. Наверное, это водопад по размерам и мощи мог бы поспорить и с Ниагарой из моего мира. Ежесекундно вниз извергались бесчисленные талые воды — отдельные маленькие ручейки, бурные потоки и самые настоящие реки, далёкая низина целиком скрывалась в плотном тумане из водных брызг. Потрясающее зрелище природного величия. И лишь один ничтожный зритель, потрясённый до самой глубины души. Впрочем, любоваться зрелищем ему мешала ужасная усталость. Найдя среди водных потоков относительно сухой островок, он мгновенно провалился в сонное беспамятство.
На финальный спуск у меня ушло трое суток. Пришлось долго искать относительно проходимую поверхность склона в стороне от многочисленных водопадов. Пара попыток едва не обернулась трагически, рефлекторно освоил приём приклеивания себя жгутом силы к подходящей тверди. Иначе бы летел далеко и долго. Тут уже скала крошилась легко, трудно было находить устойчивые точки опоры. Сколько раз мысленно ругал себя за выбор столь опасного участка пути. Но, в конце концов, всё же спустился в заросшую разнотравьем пологую ложбину с множеством текущих по ней ручейков. Здесь было тепло и хватало беспечной живности, тех же сурикатов, потому принял решение временно задержаться и изучить дикую местность. Вдруг придётся где-то устраиваться на очередную зимовку?
Рай охотника и собирателя, просто настоящий рай. Съедобные корни вымахали за века до внушительных размеров с мою голову. Похожие на крупную земную клубнику сладкие ягоды, разве только цвет кожуры матово-чёрный. Низкие колючие кусты, все ветки обсыпаны голубыми кисло-сладкими плодами размером с мелкую сливу. Растёт из земли что-то внешне напоминающее черемшу с похожим запахом. Бегающее мясо нескольких видов. Кроме знакомых сурикатов здесь водилась пара видов крупных ящериц, чьё мясо мне понравилось больше, так как быстрее мариновалось и оставалось более сочным. И, главное — полнейшее отсутствие следов пребывания человека. За многие века я первым попал сюда. Хоть и подумывал здесь обосноваться ещё хотя бы на год, но проявившееся подспудное чувство надвигавшейся опасности заставляло идти дальше. То ли карлики снова взяли след, то ли просто обострилась мнительность. Хорошего понемногу.
Хм, а относительно приемлемого спуска к подножию гор здесь вообще нет. Край ложбины резкий и обрыв там с очевидным отрицательным уклоном из-за раскрошившейся скалы. Донизу метров… много. Трудно разглядеть в постоянно висящей туманной дымке. Благо хоть погода радовала, здесь ведь могут и дожди зарядить. Про ураганы вспоминать страшно, ибо тратить силы на постройку капитального укрытия лень. Походив по краю обрыва, стал забираться по склону и смещаться вбок по нему, разглядев в той стороне относительно проходимый спуск. И всё равно оказался у подножья горы только на третьи сутки мучений — иначе и не скажешь. Теперь мне эти сыпучие скалы будут сниться в кошмарах — налазился на всю оставшуюся жизнь.
Подножье встретило меня непроходимыми зарослями колючих кустов и едва ощутимым запахом дыма с отчётливыми нотками какой-то гадости. Вряд ли так пахнет лесной костерок. И это знак — здесь рядом живут люди, нужно быть осторожнее. Преодолевать кусты оказалось так же сложно, как и горную кручу, пока я не взялся за целенаправленное прокладывание пути, срезая упругие ветки с кривыми иголками чёрным стилетом. Боялся, что его быстро затуплю, однако он проявил самые лучшие качества чёрной бронзы. Чем ниже я пробирался — тем больше становилось высоких кустов, где мне удавалось пролезать под самыми корнями словно ящерица. За кустами росли и настоящие деревья. Кривые перекрученные стволы с растрескавшейся корой, длинные
