После Апокалипсиса

время они молчали. Потом Антон сказал:
— Ты, Семен, вот что — расслабься. Я тебе ничего плохого не сделаю.
— Уже сделал, — буркнул Семен, но сиделец его услышал.
— Ты про что?
— Жену перепугал, сына.
Антон почесал бороду:
— Это да, это ты прав. Но — как бы тебе это объяснить? — я не со зла.
— Как это?
— Ты присядь, я тебе расскажу.
Семен опустился на пенек, торчавший недалеко.
— Тут такое дело, — начал Антон, но закашлялся, прикрыв рот рукой.
Кашлял он недолго, но трудно. Казалось, его выворачивает наизнанку. Когда он перестал и убрал руку ото рта, Семен заметил на ней кровь. Губы Антона тоже покраснели.
— Так вот, — продолжил тот, — я майор, служил в разведбате. Когда все случилось, мы стояли в небольшой части, километров двести на север отсюда.
— А что случилось-то? — встрепенулся Семен. — Ты не знаешь?
— Только догадываюсь.
— Понятно… Если без подробностей — сначала Китай по Тайваню долбанул, США по Китаю, те в ответ. А потом все сразу ударили, кто чем мог. Кто за союзника, кто сам за себя. Как с цепи сорвались.
— А с погодой что?
— Геооружие применили.
— Разве есть такое?
— Сам посмотри. — Антон повел рукой, указывая на лес. — По календарю декабрь…
— Январь уже, — поправил Семен.
— Серьезно? Смотри-ка, вот и я чего-то не знаю. Спасибо, просветил. Так вот — у нас тут январь и солнце, а Англия замерзла к чертям собачьим. Такие дела…
— Понятно, — протянул Семен. — Ты это… скажи — зачем пугал нас?
— Да не злись ты, — махнул рукой Антон. — Надо было.
— Почему?
— Не шуми, сейчас объясню. Короче, когда долбануло, мы так в части и остались. Через два дня связь пропала наглухо. Так и сидели. Отправили группу — как в воду. Вторая туда же. Решили, понимаешь, ждать. Если по календарю, то больше двух лет ждали. А потом добрался до нас один летёха — грязный, оборванный. Он вроде как приказ доставил. Хотя какой там приказ — на мятом листке, карандашом. Короче, написали, мол, все, нет больше ничего, все рухнуло, «по возможности сохраните личный состав, гражданских и материальную часть». А через неделю стало понятно, что лейтенант тот с собой какую-то заразу приволок. Два месяца — и, кроме меня, никого не осталось.
Семен, почти не двигаясь, слушал.
— Ну и решил я попытать счастья — выбраться к людям. А потом, уже в дороге, понял, что болен.
— Так, а мы тут при чем?
— При том. Выбираюсь я на полянку твою и понимаю: вот люди, но мне туда нельзя. Даже к забору не подойти. Представляешь, как это?
Семен не ответил. Представил.
— А живешь ты, ну то есть жил, совсем наивно — как будто кругом рай, а не тайга. Даже собаки нет.
— Она за дядей Ваней сбежала, — насупившись, пояснил Семен.
— Пусть так. Посмотрел я на это — ну и решил тебе помочь.
— Пугая нас?
— А чем плохо?
— А чем хорошо?!
— Ох, Сеня, Сеня, — покачал головой майор, — ты кем раньше работал?
— Учителем в школе, — после короткой паузы сказал Семен.
— Ну так подумай сам, на что я вас пугал. Семен замолчал. Долго думал и наконец спросил:
— Учил, да?
— В точку. Подойти не мог — сам понимаешь, не с моей заразой. А у тебя баба, дите — и ни сигнализации, ни ловушек, ничего. Понимаешь, нельзя сейчас таким салагой жить. Неровен час, кто другой набредет на заимку твою. Потому я и… Вот.
— Понимаю, — кивнул Семен, — понимаю. Они замолчали. Прошло минут десять, прерываемые кашлем, прежде чем Семен решился:
— Тяжело тебе было?
Антон не ответил. Просто неопределенно мотнул головой и сказал:
— Зато не зря, кажется.
— Не зря, — кивнул Семен, вспомнив засеку.
И тут же спохватился: — Слушай, я, наверное, попал в тебя?
— Есть немного, — скривился Антон.
— Давай я поднимусь к тебе.
— Нельзя. И когда домой пойдешь, обойди подальше.
— Ты уверен? Может, болезнь уже не заразная?
— Сдурел, что ли? Хочешь семьей рискнуть?
— Ты же рисковал собой.
Антон хрипло засмеялся. Очень быстро смех перешел в надсадный кашель.
— Мне, когда я на тебя вышел, жить оставалось месяц-полтора. Какой там риск, брось…
Семен поднялся:
— Ты мог попробовать пойти дальше. Вдруг где-то встретились бы люди с лекарствами. А ты остался. Я должен тебе помочь.
И сделал шаг вперед. Антон встрепенулся и дал очередь. Недалеко перед Семеном упала подкошенная трава.
— Не подходи, — предупредил майор. — Я тебя, конечно, не застрелю, но раню обязательно.
— Но…
— Слушай, ты совсем дурак, нет? — вскипел Антон. — Сказано — нельзя, подцепишь заразу. Думаешь, мне не хочется к людям?!