В центре остросюжетного и увлекательного романа-боевика — приключения неуловимого и бесстрашного Иллариона Забродова, известного читателям по предыдущим книгам Андрея Воронина. Волей обстоятельств он оказывается одним из свидетелей жуткого инцидента на шоссе. Других свидетелей убивают, остается только Забродов. Бывший инструктор спецназа играет с огнем, начав собственное расследование. Его пытаются купить, запугать, а затем — уничтожить. Но это не удается. Великолепная выучка в отряде спецназа в очередной раз спасает ему жизнь. Он умело проводит операцию по ликвидации одного из олигархических кланов столицы.
Авторы: Саломатов Андрей Васильевич, Воронин Андрей
И вновь притаскивают ее на базар. И сидит человек, продает свою мечту очередному “оленю”.
У джипа “чероки” “олени” задерживались, но никто даже не рисковал открыть дверцу, заглянуть в салон. Понимали, не выглядят они на людей, способных выложить двадцать штук, значит, незачем перед продавцом позориться.
Когда рядом не оказалось покупателей, Феликс обратился к соседу:
– Ты, Вася, недоработал. Не может машина девяносто третьего года так блестеть.
Илларион глянул на автомобиль. “Хонда” сияла красками, титановые диски матово блестели на солнце.
– Почему? – удивился Илларион. – По-моему, это максимум, чего можно было достичь.
– Ты почему краску не состарил? Сразу видно, что машина перекрашенная. – И уже Забродову Феликс принялся объяснять. – Краску на старой машине, если ее по новой покрасил, нужно “состарить”.
– Как на иконах и на подделках “малых голландцев”? – усмехнулся Забродов.
– Именно. На все существует своя технология. Если видишь краску, чуть тронутую временем, не такую блестящую, не такую яркую, сомнений не будет. На базаре стоящих машин раз два и обчелся, все остальные битые.
– И эта? – усомнился Илларион, глядя на “хонду”.
– Хочешь, покажу?
– Феликс, ты мне антирекламу не устраивай, – возмутился Вася.
– Он твой автомобиль покупать не собирается, а “оленю” я ни черта не скажу. Пусть думают, будто твоя машина у прежнего хозяина шесть лет в гараже на колодках стояла, и он каждое утро ее тряпочкой протирал. Видишь, зазор какой? – указал пальцем Феликс на щель между крышкой капота и крылом. – Машина хорошая, слов нет, но в Германии ее помяли. В Германии хороший жестянщик три тысячи марок возьмет за то, чтобы кузов вытянуть. А в Литве или в Беларуси это обойдется долларов в триста. Вот и таскают битые машины, красят и тут продают. А потом удивляются, почему это на иномарках так быстро резина съедается?
Феликсу пришлось прервать свою лекцию, потому что появился очередной “олень”. И тут Иллариону пришлось удивиться перемене в настроении Феликса. Сработала корпоративная солидарность, один продавец помогал другому.
– Илларион, смотри, – Феликс разговаривал с Забродовым так, словно тот собирался покупать машину, – не часто такой автомобиль найдешь. “Хонда” – это фирма. Недаром они “формулу один” делают. Тут одни космические технологии. Тебе приходилось видеть, чтобы такая машина мертвой во дворе стояла?
– Нет, – подыграл Илларион.
Большего от него и не требовалось – одно-два слова.
– Потому что они все живые, ездят. Их у нас мало, поскольку европейцы сами на них раскатывают, а сюда привозят всякий хлам. Только пара стоящих машин тут на весь базар найдется, и это одна из них.
Феликс, обернувшись, сделал вид, что только сейчас заметил “оленя”.
– Извините, что мешаем, мы посмотреть хотели, мой друг сегодня без денег приехал, жаль, что машина не ему достанется, а вам, – и передал потенциального покупателя в руки Василию.
– Мне даже неприятно стало, – признался Илларион, когда зашел с Феликсом за громаду “чероки”, – Базар, Илларион, по-другому здесь не выживешь.
Илларион прищурился. По проезду между автомобилями шел парень в куртке из толстой бычьей кожи.
Казалось, что у него кожа на лице не менее толстая. Он немного брезгливо посматривал на “фольксвагены”, “мазды”, “опели”, чуть задержался возле “кадиллака”, машины более внушительной и солидной.
– Погоди, Илларион, кажется, наш клиент идет.
– Морда мне его не нравится, – признался Забродов.
– Почему она тебе должна нравиться? – резонно заметил Феликс и сел на переднее сиденье машины.
Мужчина был достаточно молод, лет тридцать с небольшим, и по его виду было понятно, что он не привык сидеть в офисе, не привык писать деловые бумаги. Но и на торговца он не походил, огромные кулаки, как у него, требовали ежедневного применения.
Мужчина остановился напротив джипа “чероки”, заложил руки за спину и с минуты две постоял, покачиваясь, скользя взглядом по машине.
– Ты хозяин, что ли? – спросил он у Забродова. Естественно, обращение на “ты” Иллариону не понравилось, но он не хотел портить торговлю Феликсу.
– Он хозяин, – лениво бросил Забродов и сел на подножку.
Феликс выбрался в проход между рядами. Чувствовалось, что и ему противен покупатель, но особо этого он не выказывал.
– Почти двадцать штук, говоришь?
– Да.
– Круто для такой тачки.
– Почти нулевая, – прищурившись, отвечал Феликс.
– Угнанная, небось? Но для краденой цена поменьше быть должна.
– Была бы краденая, я бы так и сказал, – даже не улыбнувшись, отвечал Феликс. –
