Последний аргумент закона

В центре остросюжетного и увлекательного романа-боевика — приключения неуловимого и бесстрашного Иллариона Забродова, известного читателям по предыдущим книгам Андрея Воронина. Волей обстоятельств он оказывается одним из свидетелей жуткого инцидента на шоссе. Других свидетелей убивают, остается только Забродов. Бывший инструктор спецназа играет с огнем, начав собственное расследование. Его пытаются купить, запугать, а затем — уничтожить. Но это не удается. Великолепная выучка в отряде спецназа в очередной раз спасает ему жизнь. Он умело проводит операцию по ликвидации одного из олигархических кланов столицы.

Авторы: Саломатов Андрей Васильевич, Воронин Андрей

Стоимость: 100.00

превратился в уютный ресторанчик.
Наконец, появилась знакомая арка с двумя майоликовыми амурами.
Забродов взглянул на окна своей квартиры:
«Интересно, услышал бы меня пес, если бы я свистнул? «
Илларион специально для этого перешел на другую сторону улицы, и, лихо заложив два пальца в рот, издал пронзительный свист. От него шарахнулись прохожие.
Забродов извинился:
– Пса зову, – объяснил он насмерть перепуганному пенсионеру с длинным зонтиком, снабженным бамбуковой ручкой.
– Какого еще пса? – пожал плечами дедушка и, постукивая зонтиком по асфальту, быстро засеменил прочь.
«Скорее всего, не слышит. А может, спит? Залег в мое кресло, положил голову на лапы, а когда услышит меня на лестнице, тут же переберется на коврик. Но меня он не проведет, приду и сразу проверю. Положу ладонь – если кресло теплое и на нем есть мелкая шерсть, значит, лежал. Наказывать не стану, он и так все поймет”.
«Лэндровер” стоял во дворе на своем законном месте.
У подъезда в спортивных штанах с почти генеральскими лампасами, с сигаретой в углу рта топтался отставной полковник, нервно матерясь, и время от времени топая ногой в изношенном шлепанце.
– Добрый день! – поприветствовал соседа с третьего этажа Илларион.
– Какой он на хрен добрый! Опять замок сломался! Забродов не стал разочаровывать соседа:
– Неужели?
– Черт бы их всех подрал!
– Иногда он сам налаживается. Вот видите? – Илларион вытащил свой электронный ключ.
В недрах металлического дверного полотна что-то прожужжало, а затем хрустнуло. Илларион потянул за ручку, дверь открылась.
– Попробуйте еще разок.
На этот раз Илларион воспользовался кодом, и опять дверь покорилась.
– Как вы это делаете?
– Все очень просто.
– Пес ваш, кстати, лаял, разбудил меня. Да так громко, словно на него кто-то напал.
– Серьезно?
– Да-да, – сказал сосед, разглядывая цифры кодового замка.
– Что-то здесь не так. Может, кот под дверью ходил, на чердак пробирался?
Илларион быстро поднялся наверх. Уже на втором этаже в душе появились смутные подозрения. Когда же он поднялся на четвертый и не услышал лай своего добермана, то убедился в своих предположениях.
«Что-то стряслось!»
Он остановился перед дверью. Затем присел на корточки и увидел царапины на цилиндре замка. Одна царапина поблескивала. И тут, втянув воздух, он уловил еле различимый, но до боли знакомый запах сожженного пороха.
Забродов весь подобрался, бесшумно извлек из кармана ключи. Резко открыл дверь, прижался к стене. Его пес с простреленной головой лежал в луже темной крови почти у самого порога. Илларион опять втянул воздух. В квартире порохом не пахло.
«Значит, стреляли с площадки!»
Было ясно, пес мертв. Илларион осмотрел площадку, гильзы нигде не было. Затем аккуратно переступил порог, боясь вступить в темную загустевшую кровь, аккуратно прикрыл дверь. На журнальном столике лежали две пачки долларов, перетянутые цветной резинкой, те самые, которые ему предлагали в парке.
«Уроды!” – подумал Забродов.
И тут телефон ожил.
– Ну, как тебе? – даже не дождавшись вопроса, осведомился звонивший.
Телефон, конечно, слегка искажал голос, но эту интонацию Забродов запомнил хорошо – так говорил незнакомец в парке, стоя с ним на аллейке. Илларион вспомнил его взгляд, брошенный на добермана.
– Я же говорил тебе, согласиться все равно придется, и лучше сделать это раньше, меньше будет жертв. Деньги ты уже взял, – голос звучал насмешливо.
– Эти деньги я засуну-таки тебе в задницу, – абсолютно спокойно произнес Илларион, понимая, что нельзя сейчас нервничать, что нервозность – признак слабости. Боятся уверенных в себе и невозмутимых людей.
– Тебе не жаль пса?
– Мне его жаль в тысячу раз больше, чем таких уродов, как ты! Запомни это, мы с тобой еще встретимся.
– Лучше тебе со мной не встречаться, – так же спокойно, как Забродов, произнес незнакомец. – Я тебе все объяснил, ты знаешь, что делать. И если будешь артачиться, не послушаешься умных людей, то жди новых неприятностей. Тебя самого пока еще не трогали. А если ты так любишь животных, то заведи себе другого пса, этих денег тебе хватит с лихвой.
И тут же связь оборвалась. Все время разговора Забродов смотрел на определитель номера, но тот так и не выдал цифру. Звонили по телефону с прерывателем.
Илларион стоял минут пять неподвижно Но это было не оцепенение. Его глаза медленно скользили по комнате, отыскивая малейшее несоответствие тому, к чему привык сам хозяин. Все находилось на своих местах, лишь только ворс на ковре лег в другую сторону