В центре остросюжетного и увлекательного романа-боевика — приключения неуловимого и бесстрашного Иллариона Забродова, известного читателям по предыдущим книгам Андрея Воронина. Волей обстоятельств он оказывается одним из свидетелей жуткого инцидента на шоссе. Других свидетелей убивают, остается только Забродов. Бывший инструктор спецназа играет с огнем, начав собственное расследование. Его пытаются купить, запугать, а затем — уничтожить. Но это не удается. Великолепная выучка в отряде спецназа в очередной раз спасает ему жизнь. Он умело проводит операцию по ликвидации одного из олигархических кланов столицы.
Авторы: Саломатов Андрей Васильевич, Воронин Андрей
пистолета убит мой пес. Вполне может оказаться, что за пистолетом есть еще что-нибудь, и тогда у меня появится информация к размышлению”.
Уже смеркалось. Наступил тот момент, когда в квартире становилось темнее, чем на улице. Окна сделались ультрамариновыми, но свет Забродов не зажигал. Мещеряков сидел напротив хозяина в глубоком кресле. На журнальном столике стояли две бутылки виски и нехитрая закуска. В массивной пепельнице рядом с Мещеряковым уже покоилось несколько сложенных в рядок окурков. Окурки напоминали патроны. Илларион Забродов за вечер еще не выкурил ни единой сигареты, хотя курить хотелось. Он сдерживал себя усилием воли. Да и выпили мужчины не много.
– Я одного не пойму, – продолжал Мещеряков, – какого черта ты не вызвал милицию, похоронил пса, убрал кровь? Теперь ничего не докажешь. Есть только вот эта пулька, – он повертел в пальцах маленький пластиковый пакет, аккуратно запаянный.
О наркотиках Забродов Мещерякову ничего не сказал. Чем был полезен разговор с полковником ГРУ Мещеряковым, об интеллектуальных способностях которого Забродов был не очень высокого мнения? Польза была в том, что полковника Мещерякова Илларион использовал, как лакмусовую бумажку, обкатывая на нем свои идеи, проверяя их верность и точность. По уровню образования и сообразительности Мещеряков был таким же, как остальные полковники, в том числе и милицейские.
– У меня была такая мысль, она появилась и тут же угасла. Ты сообразил, Андрей, кто меня вытащил из квартиры?
– Следователь, – уверенно произнес Мещеряков.
– Правильно, – подтвердил Забродов.
– Может, это фальшивый следователь? Забродов расхохотался, как над детской шуткой.
– И кабинет у него ненастоящий, и мебель арендованная, и табличка на двери сделана наспех к моему приходу? Пришел и арендовал кабинет в МУРе на одни сутки, как тебе такая теория?
Мещеряков даже поперхнулся:
– Ты его видел, тебе и судить.
– Вот я и сужу. Следователь он настоящий, и ему, кстати, все известно, свидетели, детали. Он специально держал меня полчаса в коридоре и битый час в кабинете, хотя все решалось за пять-десять минут.
– Так ты предполагаешь, что следователь в сговоре с бандитами?
– Почему, Андрей, ты решил, что они бандиты?
– Кто же тогда? Пса застрелили… Кстати, славный был пес, я уже стал подумывать, не завести ли мне такую псину.
– У тебя все впереди. Отправят в отставку, и заведешь.
– Да уж, – произнес Мещеряков.
– Насчет сговора – это ты верно заметил, без тебя я бы не догадался.
– Вот видишь, как полезно иногда со мной разговаривать! Кстати, если тебе надо, Илларион, я могу справки в МВД навести. У меня есть там свои люди.
– Что, служили вместе?
– Нет, учились.
– Да, мы все учились понемногу чему-нибудь и как-нибудь, – сказал Забродов, наливая в стаканы виски и бросая в них лед.
– Чего же, в конце концов, они от тебя хотят?
– Хотят, чтобы я исчез.
– Так может, лучше исчезнуть? – произнес полковник Мещеряков.
– Ты, Андрей, когда-нибудь видел перепуганного Забродова?
– Нет, не видел, – сказал Мещеряков. – За тебя, Илларион, – он прикоснулся своим стаканом к стакану Забродова и отпил маленький глоток.
– Следователь на себя такую ответственность никогда не возьмет. Только если ему приказали или, может быть, очень сильно попросили, да так, что он не мог отказать.
– И кто же это, по-твоему, может быть?
– Человек в чине не ниже генерала. Я предполагаю, что этот генерал или полковник работает на Галкина.
– Ты думаешь, все настолько сильно прогнило в нашей стране?
– Что прогнило – это точно. Хорошо еще, что не рассыпается, а лишь расползается.
– Ты преувеличиваешь, Илларион.
– Ничего я не преувеличиваю, все гораздо хуже, чем ты себе, Андрей, представляешь. И в этот момент в дверь позвонили.
– Ты кого-нибудь ждешь? – спросил Мещеряков.
– Все равно придется открыть. Из-за двери послышался хриплый, прокуренный голос полковника с третьего этажа.
– Откройте, сосед!
– Я ошибся, – произнес Илларион, – я думал, это другая компания.
– Какая? – в спину Забродову спросил Мещеряков.
– Я думал – люди из милиции.
И, надо сказать, Забродов не ошибся. Полковник в отставке был прикрытием, отмычкой, которая позволяла открыть дверь. В квартиру ворвались люди в камуфляже, в бронежилетах, с автоматами и пистолетами. Отставной полковник лишь изумленно моргал, глядя как его использовали.
Через пару минут появились и понятые. Мещеряков не скрывал своего удивления и возмущения. Но
