В центре остросюжетного и увлекательного романа-боевика — приключения неуловимого и бесстрашного Иллариона Забродова, известного читателям по предыдущим книгам Андрея Воронина. Волей обстоятельств он оказывается одним из свидетелей жуткого инцидента на шоссе. Других свидетелей убивают, остается только Забродов. Бывший инструктор спецназа играет с огнем, начав собственное расследование. Его пытаются купить, запугать, а затем — уничтожить. Но это не удается. Великолепная выучка в отряде спецназа в очередной раз спасает ему жизнь. Он умело проводит операцию по ликвидации одного из олигархических кланов столицы.
Авторы: Саломатов Андрей Васильевич, Воронин Андрей
обезоружив официанта коротким словом:
– Благодарю, – и тут же расплатился. – Неплохой напиток, – сообщил Илларион Андрею.
– Ты должен мне пообещать, что успокоишься.
– Я абсолютно спокоен в отличие от тебя.
– Думаешь, я не понимаю, кто сжег двух охранников Галкина? – зло буркнул Андрей.
– Они этого заслужили.
– Собака – друг человека, но собака – это собака, и убивать людей из-за нее ты не имел права.
– Ты сказал, что больше не собираешься помогать мне, так что сменим тему разговора.
– Нет, ты объясни мне! – вконец разозленный Мещеряков вырвал чашечку из рук Забродова, при этом залил себе манжет кофе.
– Андрей, вспомни, я убил хоть одного невиновного человека?
Мещеряков зло молчал.
– Двое мерзавцев, заживо сгоревших в машине, еще легко отделались. По справедливости их следовало бы поджарить на медленном огне, чтобы подольше мучились. Дикого зверя, попробовавшего человечину, непременно убивают, потому что ему понравился вкус человеческого мяса и больше ничем другим он питаться не сможет. Это они убили слесаря.
– Откуда ты знаешь?
– Андрей, тема закрыта, – быстро сказал Забродов, заметив, что возле киоска стоит крепко сложенный мужчина с газетой в руках.
Другой бы подумал, что здесь необычного? Ну, купил человек прессу, читает свежие новости. Однако Забродова провести было сложно. Очки, которые носил мужчина, были с чуть тонированными плоскими стеклами. Илларион знал этот финт, человек в очках всегда кажется окружающим более интеллигентным и менее опасным. Люди же, работающие в спецслужбах на оперативной работе или в частной охране редко имеют плохое зрение,.
«Надел очки для маскарада”, – про себя усмехнулся Забродов.
– Спасибо и за то, что ты для меня сделал. Закажи себе еще один кофе, он, в самом деле, хорош и крепок, как мужская дружба, – и Илларион, не дав Мещерякову опомниться, поднялся из-за стола и зашагал по улице.
«Злой он какой-то, – вздохнул Мещеряков, – даже не обернулся”, – и принялся бумажной салфеткой вытирать манжет.
Пройдя метров тридцать, Забродов опустил темные очки на глаза. Края стекол были снабжены тонким металлическим напылением и являлись чем-то вроде зеркала заднего вида в автомобиле. Илларион увидел, как мужчина свернул газету в трубочку и двинулся вслед за ним.
«Как же, отцепятся они от меня! Наоборот, теперь у них развязаны руки. Ажиотаж в прессе поутих, фальшивый угонщик, якобы сбивший проституток, найден мертвым. Самое время убрать нежелательного свидетеля; Если раньше Галкин хотел просто нейтрализовать меня, то теперь у него чешутся руки отправить меня на тот свет. Что ж, желание не новое, многим этого хотелось. Жаль, мужик, тебе посоветоваться не с кем из предшественников, мало кто из желающих дожил до сегодняшнего дня!»
Через два квартала мужчина в очках с плоскими стеклами передал Забродова другому “топтуну”, уже более искусному. Его удалось обнаружить лишь свернув за угол на менее людную улицу.
«В городе они не рискнут расправиться со мной, – подумал Забродов. – Попробую их немного понервировать”, – и он направился к станции метро.
Сходу ввинтился в толпу перед эскалатором. Преследователь попытался подобраться поближе, но протолкаться сквозь людей, не привлекая к себе внимания, не смог. Забродов нагнулся, моментально исчезнув из поля зрения преследователя. Тот тут же привстал на цыпочки, принялся смотреть поверх голов.
Илларион Забродов выбрался из толпы сбоку, прижался к мраморной стене и проводил насмешливым взглядом мужчину, пытавшегося выбраться назад – сквозь людскую толщу. Эскалатор подхватил его и понес вниз.
Дождавшись, когда станет свободнее, Забродов стал на рифленую ступеньку и, задумчиво поглаживая коротко стриженую бороду, поехал вниз. “Топтуна” он увидел, когда спустился к платформе. Тот сверлил толпу, пытаясь пробиться на эскалатор, поднимающий пассажиров ко входу на станцию. Он приветливо махнул ему рукой, мол, не спеши, я здесь.
«Представляю, какими словами ты выражаешься сейчас в мой адрес”, – усмехнулся Илларион.
Идя по станции, “топтун” пытался изображать на лице полное безразличие. Он уже боялся упустить Забродова и шел в каких-нибудь десяти метрах за ним.
Подошел поезд. Забродов стоял на платформе перед открытой дверью. “Топтун” колебался, садиться в вагон или нет. Когда зазвучали слова “осторожно, двери закрываются”, Забродов быстро втиснулся в вагон. Преследователь – за ним в соседнюю дверь.
Зашипел сжатый воздух, и створки двинулись навстречу друг другу. Илларион сделал вид, что раздумал ехать,
