Последний билет в рай

картинок с камер наблюдения. Не скажу, что это мне доставило море удовольствия, но обстановка понемногу начала проясняться. Первым делом я отыскал гравигенераторы, про которые Бесчастных говорил, и убедился, что сперли их однозначно из одного и того же места — все они были похожи до мелочей, да и от обнаруженных в разгромленном филиале совершенно не отличались. Подозреваю, что даже серийные номера у них подряд идут. Хорошенькое дело — достать где-то целую прорву опасной техники и при этом не засветиться перед нашей вездесущей СБ! Наткнувшись на Галин бокс и убедившись, что она все так же сидит на диванчике, даже не пытаясь сдуть лезущую в глаза прядь волос (этот факт меня поразил больше всего, уж не знаю почему), я вновь поскрипел зубами и решительно перещелкнул канал. Не время сейчас раскисать, жива — и это главное. А уж как ее оттуда вытащить, я придумаю, не сомневайтесь. Тем более задумки кое-какие уже есть… Как я заметил, непосредственно в поселке народу было мало, едва ли десятка три, и из них лишь семь пришлых боевиков. Местных Охотников вообще всего четверо, и то они больше за проводников работали. Чтобы окончательно убедиться в своей догадке, я переключился на Обезьянник. Вдумчивый анализ размытых изображений с камер подтвердил: основная часть сил вторжения сосредоточилась именно на этом островке, да и большинство местного вспомогательного персонала тоже туда перегнали. Но на эти факты я обратил внимание уже потом, когда от первоначального потрясения отошел. Кстати, было из-за чего: Обезьянник оказался этаким огромным зверинцем под открытым небом, по количеству вольеров и клеток куда как превосходившим виденный мной в разгромленном филиале. Стен, как таковых, у «зоопарка» не было, вместо них остров кольцом охватывал трехэтажный корпус, в котором сейчас кипела работа. На его крыше в двух местах были устроены посадочные площадки, способные принимать довольно крупные грузовые катера, с хорошую фуру размером, и сейчас там торчали черные лоснящиеся туши каботажных карго. По откинутым мощным аппарелям в их темные чрева непрерывно ползли по примитивным ленточным транспортерам потоки коробок, ящиков, кейсов с биологическими образцами и прочей тары самых разнообразных размеров. Здесь же суетился трюмный персонал и сновали юркие роботы-погрузчики. В потоке грузов попадалось очень много криоконтейнеров — от совсем крошечных, куда разве что палец поместится, до довольно крупных, смахивавших на гробы. Занятно, ничего не скажешь. Грабеж с размахом, это вам не жалкий «корован». Такое ощущение, что захватчики вознамерились вывезти с Обезьянника все, кроме стен.
Вдоволь налюбовавшись толково организованными погрузочными работами, я переключился на вольеры. Устроено здесь все было примерно так же, как и на разгромленном острове: между блоками из нескольких клеток довольно широкие проходы, а сам массив отделен от корпуса трехметровым сетчатым забором с густо натыканными поверху автоматическими турелями. Тут меня ждал сюрприз: примерно две трети из звериных жилищ были обитаемы. Уже знакомые монстры типа летучей нечисти, встреченной на Пальце, и зубастой твари из ангара на разоренной базе соседствовали со множеством куда более экзотических существ. Кого здесь только не было! И летающие, и ползающие, и бегающие, на четырех конечностях и на двух, откровенно страхолюдные и относительно симпатичные — всех их объединяла бросающаяся в глаза искусственность. Вряд ли бы хоть одно из них выжило в природе. Зато к выполнению некоторых специфических функций они были приспособлены как нельзя лучше, причем каждое к своей. Не сказал бы, что очень удивился, скорее даже ожидал чего-то подобного.
Оставшаяся треть клеток тоже не пустовала, но обитатели их были аккуратно умерщвлены и разобраны на запчасти: у кого не хватало лапы, у кого головы, а кто и со вскрытой грудной клеткой валялся. Ага, понятно теперь, что за криоконтейнеры. Видать, целиком туши тащить накладно, ограничиваются небольшими образцами. Однако живодерство их здорово замедляет, я бы сказал. Такими темпами им еще минимум сутки валандаться. Это я учел, что научное оборудование уже практически демонтировано, на месте осталась лишь малая часть. Зато живых «образцов» еще очень много, да и «мозг» еще потрошить и потрошить — это уже с Мишиных слов. Так что время у нас есть. Вот ведь нахалы! Уже двое суток под носом у безопасников беззаконие творят и еще столько же собираются — и не боятся! Наводит на невеселые размышления, между прочим. Хотя, если довести нехитрую ассоциативную цепочку «Линдеманн — служба безопасности компании „Внеземелье“ — крупные шишки в правительстве» до логического конца, удивляться нечему. Прикрыли их на самом верху, однозначно прикрыли. И