Последний билет в рай

панель ожила, отзываясь на касания перемигиванием сенсоров. Протаял обзорный экран, давая пилотам возможность оценить обстановку визуально, и приятный женский голос объявил «готовность один». Эжен схватился за штурвал, потянул на себя, одновременно поддав «газку» на маршевые двигатели, и поднятый над стартовой пяткой на антиграве катер рванулся ввысь, что твой унитар, разогнанный магнитным полем по стволу. Гравикомпенсаторы сработали в штатном режиме, поэтому ускорения я не почувствовал. То, что мы взлетели, стало понятно только по картинке на обзорном экране. Я скосил глаза на таймер и облегченно выдохнул — до срабатывания системы самоуничтожения оставалось двадцать три секунды. Времени до фига — штурмовику вполне хватит для выхода в стратосферу, если движки хорошенько раскочегарить. Однако Эжен с этим маневром не торопился: набрав километровую высоту, пилот бросил катер в широкий вираж, обходя остров Флоранс по часовой стрелке.
— Поиграться решил, дружок? — осведомился я, поигрывая «дефендером». — Учти, у меня есть вот эта штука. И я выстрелю — УОД обшивку не пробьет, так что разгерметизации не будет. Усек?!
— Усек, — отмахнулся тот. — На этом горизонте нас не достанет, можешь не дергаться. А ты силен — Линдеманна уложить! А где остальные?
— Много будешь знать — долго не проживешь! — отрезал я, не сводя взгляда с экрана.
А посмотреть было на что. Внизу начался и сразу же закончился финальный отрезок драмы. Срабатывание даже одного гравигенератора — зрелище довольно впечатляющее: по всем окружающим предметам проходит мгновенная волна искажения, а потом все они медленно, как бы нехотя, оседают мельчайшей пылью. На Флоранс же активировалось сразу не меньше десятка адских машинок. Скорее всего, как и на острове с разгромленным филиалом лаборатории, их выставили с задержкой в несколько миллисекунд — и ударные волны причудливо наложились друг на друга, породив натуральный взрыв, разве что вместо дымного облака вспухло облако пылевое, распространяющееся с огромной скоростью.
— Газуй! — заорал я, осознав, что через несколько секунд нас накроет коллоидной взвесью.
Пилот не хуже меня понял, чем это грозит (забитые дюзы еще не самое страшное!), и «газанул», что называется, от всей души. Штурмовик резко прыгнул ввысь, подгоняемый пинком выхлопа, затем взял по широкой дуге вправо, завершая вираж, и лег на курс северо-северо-восток, с каждой секундой удаляясь от превратившегося в пустыню острова Флоранс.
— Предлагаю вернуться на корвет-носитель, — подал голос пилот где-то через минуту полета. — Это для вас самый безболезненный вариант.
— Ищи дураков! — хмыкнул я. — Летим на материк, а там уж я соображу, что делать.
— Вряд ли у нас это получится. Очень скоро коллеги на носителе сообразят, что стряслось, и вышлют перехватчик. В любом случае для вас исход один.
— Не угадал. — Я раздраженно помахал «дефендером», оставив без внимания кислую мину Эжена. — Вариант с геройской смертью мне лично больше по душе. И давай без фокусов. Я выстрелю быстрее, чем ты до ствола дотянешься.
Впрочем, этот нехитрый факт пилот и сам вполне осознавал — кобура его висела на правом боку и в данный момент была напрочь заблокирована подлокотником. Оставался нож, но, чтобы до меня дотянуться, необходимо расстегнуть ремни безопасности и наполовину выпростаться из кресла. Выстрелю я гораздо быстрее, ясен перец. И Эжен смирился, а может, просто сделал вид и подкорректировал курс. Мне по большому счету было плевать: катер перемещается в нужном направлении, с учетом скорости мы окажемся в воздушном пространстве Астерии минут через пятнадцать, и этот кошмар для нас с Галей наконец закончится.
Как оказалось, радоваться я начал рано. Где-то минуты через три спокойного полета над нами с ревом пронеслась стремительная тень, ушла на вираж и с необычайной легкостью вышла в хвост нашему штурмовику. Заверещали датчики системы наведения, сигнализируя о захвате цели, в качестве каковой мы в данный момент и пребывали, и передатчик замигал индикатором вызова. Эжен победно ухмыльнулся и активировал канал.
— Один-пятнадцатый, ответьте «Маме». Повторяю, один-пятнадцатый, ответьте «Маме»! Прием.
— Один-пятнадцатый на связи, — отозвался Эжен, опасливо косясь на меня. — Прием.
— Доложите обстановку, один-пятнадцатый!
— На борту выжившие с объекта один. Держим курс на побережье.
— Отставить, один-пятнадцатый. Делай как я!
Черная тень вновь пронеслась над нашим катером, пристроилась впереди и помахала плоскостями. Теперь я рассмотрел непрошеного попутчика во всех подробностях — и впрямь перехватчик, как и предсказывал пилот.