Олег Денисов, пресытившийся приключениями на Находке, мечтает лишь об одном — спрятаться в каком-нибудь тихом уголке, где никому до него не будет дела. Казалось бы, все к этому и идет: назначение на Нереиду, малоисследованную земную колонию, сулит ему и его девушке Гале непыльную работенку на научной станции, затерянной среди островов Южного полушария планеты. Живи и радуйся! Петрович, кстати, тоже не против — у него здесь обнаружились новые друзья, разумные псевдодельфины. Однако старый враг дает о себе знать, вынуждая героев вступить в неравную схватку, от исхода которой зависит их жизнь. Сумеют ли они выстоять или снова придется спасаться бегством?
Авторы: Александр Быченин
пришелся по душе, но в конце второй недели интенсивной секс-терапии я сам наведался в логово светил психоанализа с твердым намерением начистить кое-кому физиономию. Впрочем, этот номер не прошел — меня в два счета убедили, что я неправ, и в конце концов я покинул славное медицинское заведение с чувством глубокого раскаяния. Оказалось, местные эскулапы применили обкатанную реабилитационную методику — подсадили моей ненаглядной в голову программу-обманку, заставлявшую мозг подменять негативные эмоции физическим влечением. То есть, грубо говоря, при малейших признаках психической нестабильности Галя ныряла ко мне в постель и сбрасывала эмоциональное напряжение. На мое вполне справедливое негодование (она же меня загоняет!) мне посоветовали не ныть и терпеть, раз назвался мужиком. К тому же программа временная, рассчитана максимум на три-четыре месяца, да и с каждым днем, по мере стабилизации эмоциональной сферы, Галино влечение будет снижаться, пока наша интимная жизнь не вернется в нормальное русло. В общем, бить врачей я раздумал и вернулся на базу.
Метод, надо сказать, работал довольно успешно, но все равно временами Галя впадала в необъяснимую депрессию. Вспышки эти длились по два-три дня и успешно излечивались проверенным способом. Правда, в эти периоды мне приходилось проявлять максимум такта и терпения, что напрягало. Однако чего не вытерпишь ради любимого человека!..
К началу третьего месяца пребывания на Болле у нас с Петровичем случилась радость — мы наконец-то получили долгожданный коннектор. Следующие две недели даже ночевали на полигоне, в ускоренном режиме калибруя девайс. С учетом опыта, приобретенного в общении с афалинами, процесс шел просто стахановскими темпами, и я даже начал подумывать, не обобщить ли оный опыт в письменном виде. Впрочем, торопиться было некуда, и я отложил сочинение научного трактата на достаточно отдаленную перспективу.
А потом размеренной жизни в закрытом городке пришел конец — явился подполковник Исаев. Мы с Галей как раз валялись на надувной кровати в номере офицерской гостиницы, закрепленном за нами на неопределенный срок, и отдыхали после очередного «лечебного» сеанса. Моего бывшего начальника этот факт совсем не смутил — он жал на звонок, пока у меня не лопнуло терпение и я не пошел открывать с твердым намерением расквасить упорному засранцу нос. При виде подполковника я сник, захлопнул дверь и вернулся в спальню — обрадовать Галю. Совместными усилиями мы распихали самый заметный хлам по углам, торопливо оделись и впустили дорогого гостя. Тот понимающе ухмыльнулся и заявил, что устроил все в лучшем виде. В ответ на мой вопросительный взгляд он жестом фокусника извлек из кармана два самых обычных идентификатора и торжественно вручил нам с Галей. Потом погладил заглянувшего на шум Петровича и намекнул, что неплохо бы и присесть — разговор предстоял довольно длительный.
Галя, как всегда, поняла все по-своему и быстро накрыла поляну — с горячими бутербродами и бутылкой коньяка, занявшей место в центре журнального столика, заменявшего нам обеденный, и частенько, чего греха таить, служившего снарядом в наших любовных утехах. Об этом, понятное дело, мы Исаеву говорить не стали. Предложив подполковнику кресло, я привычно устроился на пуфике и принялся разглядывать пластиковый прямоугольник с собственной фотографией анфас. Галя занималась тем же, расположившись на низком диванчике. Признаться, документ привел меня в замешательство — на нем красовалось мое собственное имя.
— Удивлен? — хмыкнул проницательный подполковник, вдохнув аромат коньяка. — Я тоже сначала не понял юмора, но потом специалисты меня убедили. Меньше изменений — меньше риск попасться на вранье. Так что имена и фамилии у вас остались прежние. Поменяли отчества — Галя теперь Юлиановна, легко запомнить. А ты, Олег, по батюшке теперь Иванович. Биографии тоже сильно не меняли — профессии у вас почти такие же. Олег — бывший Охотник, комиссованный по ранению, а вы, Галина Юлиановна — привыкайте, привыкайте! — по основной профессии биолог, но специализируетесь на паразитологии. Петрович обычный питомец, коннектор никому не показывать. И самое главное — вы теперь будете работать на Ахероне. Что скажете?
А что тут сказать? Молодец, подполковник! Изящное решение. Система Риггос-2, форпост земной цивилизации. Самый дальний из доступных в настоящий момент миров Фронтира, вернувшийся в лоно Федерации, как бы высокопарно это ни звучало, меньше трех лет назад. Именно там, а конкретнее, на третьей планете, Ахероне, и обнаружили полуразрушенную базу Первых, откуда и появились прототипы технологий, довольно успешно осваивавшихся на проекте «Генезис-3000». Если верить
