На необитаемый остров высаживают «новых робинзонов». Этих шестерых объединяет одно – ни у кого нет семьи и дома, они растеряли родных и близких, никто даже не заметит их исчезновения. Единственный уцелевший получит награду – большие деньги и квартиру. Кому и зачем нужен такой эксперимент? Кто останется в живых в этой игре?..Русский олигарх затевает крутую игру. Ставки высоки!
Авторы: Гладкий Виталий Дмитриевич
по темной воде радужными блестками.
Гараня как рухнул вниз лицом в каменную чашу, так и лежал, не меняя позы, до тех пор, пока не нахлебался воды вволю. Утолив жажду, он не стал подниматься на ноги, а лишь перекатился на спину, потому что живот стал большим и круглым, будто Гараня целиком проглотил арбуз, и тянул его к земле.
Кроша тоже пила долго. В отличие от Гарани она черпала воду двумя ладонями и больше разливала, нежели проглатывала.
Когда девушка отошла от водопада, ее глаза оживились и в них появились проблески мыслей. О чем она думала, сказать было трудно, но ее размышления явно были связаны с Тараней, который лежал с закрытыми глазами, пребывая в полном блаженстве.
Наверное, вода заполнила предназначенные для алкоголя поры тела, и Гаране стало полегче. Он понимал, что этот обман будет раскрыт быстро, а потому наслаждался каждой секундой нормального человеческого состояния, не отравленного винными парами и уж тем более – тяжелым алкогольным синдромом.
Пауза продолжалась недолго. Гараня вдруг совсем некстати вспомнил, что жаждой страдал не только он и девушка-наркоманка и что пора возвращаться на берег, где их ждали товарищи по несчастью и какая-никакая, но все же еда.
Он довольно бодро встал и задумчиво молвил:
– Конечно, все это хорошо… Вода – вот она. Пей, хоть залейся. А как ее на берег доставить? Как, я тебя спрашиваю? – Он обернулся к девушке.
– Я почем знаю, – небрежно ответила Кроша, продолжая думать о своем.
– Вот так всегда… – Гараня сокрушенно покачал головой. – Вечная моя проблема по жизни. Пойди туда – не знаю куда, принеси то – не знаю что, пользуйся для этого тем – не знаю чем. – Он тяжело вздохнул. – Нужно искать тару…
Гараня посмотрел на Крошу и уже открыл рот, чтобы пригласить девушку за компанию обследовать окрестности водопада, но тут же передумал. Ну ее, решил Гараня с невольным облегчением. Пусть лучше сидит здесь. Он отлучится ненадолго.
Осмотреть местность вокруг водопада его подвигли некоторые соображения. Во-первых, к нему вела тропа – правда, сильно заросшая травой, наверное, ею давно не пользовались, – а во-вторых, поляна, где находился водоем в виде чаши, явно была рукотворной. Кто-то не только вырубил деревья и кустарники, но и выкорчевал корни.
Тропа вывела Гараню еще на одну прогалину. Она уже была естественного происхождения и представляла собой каменистое плато размером с волейбольную площадку. В ее дальнем конце Гараня сразу же заметил следы большого костра.
Гараня опустился возле кострища на корточки и попробовал пепел на ощупь. Он был уже слежавшийся и черный, а это означало, что огонь здесь горел очень давно.
Поковырявшись в пепле, Гараня обнаружил там несколько мелких костей, похожих на куриные, и ржавые металлические полосы. Похоже, люди, которые жгли костер, для растопки использовали деревянные ящики с металлической окантовкой.
Побродив по площадке, Гараня убедился, что неподалеку от костра некогда стояла палатка; ее крепили прямо к камням, забивая металлические костыли для растяжек в щели. Место и впрямь было отменным – всегда сухо, и в двух шагах – питьевая вода.
Увы, какой-нибудь сосуд для воды или что-то похожее на него здесь и не ночевали. Огорченный Гараня, немного подумав, пошел по тропе, которая змеилась у берега ручья. И вскоре в заболоченной низинке наткнулся на заросли бамбука.
Гараня даже рассмеялся от неожиданной радости. И сразу же почувствовал себя бодрее. Вот они, ведра для воды! – подумал он с воодушевлением, подыскивая среди поваленных буреломом бамбуковых стволов подходящий – чтобы был не гнилой и потолще.
Через полчаса Гараня уже поднимался по тропе к водопаду. В руках он держал, кроме мачете, четыре цилиндрические емкости, изготовленные из полого бамбукового ствола. Дужками этих импровизированных ведер служили куски тонкой, но очень прочной лианы.
Кроша сидела возле водопада и неотрывно, как завороженная, смотрела на бесконечную игру воздушных пузырьков. Она даже не шелохнулась, когда Гараня окликнул ее:
– Ей, подруга, ты что, уснула?
– Нет, – коротко ответила Кроша.
Но голову она так и не подняла.
– Все, уходим, – сказал он, наполняя водой свои «ведра». – А то нас, наверное, уже заждались.
– Не важно.
– Это почему?
– Я хочу остаться здесь.
– Вот те раз… – У Гарани от негодования дух перехватило. – Мне что, одному все это тащить?! У меня и так коленки подгибаются.
– Я хочу остаться здесь навсегда. Место красивое…
– Не понял…
– Ты похоронишь меня вон под тем деревом. Там земля мягкая… я пробовала. И цветов много.
– Тэ-экс… Кого-то из нас пробила шиза. Что
