яйца.
— Несет золотые яйца? — Ицхак улыбнулся в первый раз за весь разговор. — Неплохо сказано! Надо запомнить. А ведь и, впрямь, мы несем яйца из чистого золота, а этого никто не ценит. Даже этот жадный шакал, наш проконсул… — Ицхак посмотрел на Стефана с надеждой. — Думаешь, удастся договориться?
— Не знаю, — задумался Стефан. — Я еще не разобрался в местной жизни. Ты не планируешь поехать в Аравию?
— Поеду скоро, — кивнул Ицхак. — Что тебя интересует там?
— Появился неплохой канал для торговли, — негромко сказал Стефан, украдкой оглянувшись по сторонам. — Хорошие сильные кони. Высокие, под всадников в железе. У арабов есть такие?
— Мало, — махнул рукой Ицхак. — Таких коней арабы покупают у персов. У меня там есть кое-какие связи. А сколько ты готов купить?
— Голов двести, — небрежно бросил Стефан. — Но только отборных жеребцов и кобыл, высоких и сильных. На племя.
— Две… Двести??? — выпучил глаза Ицхак. — Друг мой, ты не перестаешь меня удивлять! Я слышал, что ты необычный слуга императора. Но двести строевых коней!!! Ты вообще понимаешь, о каких деньгах идет речь? Боевой конь стоит не меньше пятидесяти солидов!!!
— Пятьдесят? — обрадовался Стефан. — Тогда я куплю больше.
— Великий Яхве! — простонал Ицхак. — Но куда ты их повезешь?
— Почему это я? — удивился Стефан. — Я же в ссылке, ты забыл? Ты повезешь! Ты, почтенный Ицхак. Я же по глазам вижу, что ты хочешь заработать. Подыщи подходящий корабль, сведи все концы, и мы с тобой заработаем хорошие деньги.
— Куда везти? — деловито поинтересовался Ицхак.
— В Тергестум.
— Ты спятил? — поразился иудей. — Этот город взяли германцы! Туда теперь даже груз тухлой рыбы никто не повезет!
— Друг мой! — проникновенно посмотрел на него Стефан. — Если я хоть что-то понимаю в жизни, то скоро это будет одно из самых спокойных мест в мире. Да, и какая тебе разница? Деньги ведь мои!
— Да, точно, — Ицхак вытер вспотевший лоб. — А как местный герцог относится к иудеям? Франки нас не очень-то жалуют. Король Дагоберт крестит иудеев сотнями или ссылает куда-то в дикие места. Он даже издал указ об изгнании моего народа из Галлии, но там такой бардак, что никто и не подумал его выполнять
. Графы и герцоги просто собрали взятки и не обращают внимания на приказы своего короля.
— Если то, что я слышал о герцоге Виттерихе правда, то ему плевать, — ответил Стефан. — Он на редкость простой парень. Он не разбирается в таких тонких материях, зато любит вешать разбойников вдоль дорог для услаждения взора купцов. Ну, ты сам понимаешь, что висят они там уже мертвые, но с разнообразными увечьями, нанесенными им при жизни.
— Какой, однако, достойный человек! — совершенно искренне восхитился Ицхак. — Я, пожалуй, первую партию коней повезу сам. Я хочу с ним познакомиться. Если все так, как ты говоришь, я прикуплю там дом. Думаю, в той дыре он стоит чуть дороже песка на берегу.
— На мою долю тоже посмотри, — кивнул Стефан. — Но только у порта, и в самом лучшем месте. Я хочу открыть там харчевню с комнатами для ночлега.
— Проклятье! — с немалым уважением посмотрел на него Ицхак. — Что-то меняется в этом мире, а я не успеваю за происходящим. Я, пожалуй, не стану затягивать и отправлю в Равенну одного из своих сыновей. Он зайдет по дороге в порт Тергестума и выяснит все как следует. Моей семье не помешает место, где можно укрыться от войны.
— Так-так! — задумался Стефан. — Тогда делаем вот что. Ты пока пошли весть Марку, что мы привезем первую партию коней в Тергестум к концу лета. Пусть готовят встречу. А я бы пока съездил с тобой к арабам.
— Ты же в ссылке! — удивленно посмотрел на него Ицхак.
— Ну, в ссылке, подумаешь, — равнодушно подтвердил Стефан. — Что же, мне теперь к арабам нельзя съездить? Кстати, а что они там едят? У них есть хорошие повара?
Сиротская Сотня переехала в новую столицу. Тут для нее целый городок был построен за крепким тыном, с казармами, домами наставников и службами. Огромное получилось хозяйство. На полторы тысячи воспитанников чуть ли не триста человек взрослых. И учителя, и лекари, и стряпухи, и конюхи… Кого тут только не было! Огромный механизм принимал каждый год полторы сотни детей, а выпускал эскадрон кирасир из трех взводов. По распоряжению главы сотни боярина Хотислава последние три года и взводные, и ротный командиры были из армейских. Они мальчишек до самого конца вели, и они же над ними потом командование принимали. Они же и в бой поведут тех, кто вырос на их глазах. Сам князь ту мысль одобрил, когда кирасир в деле увидел.
