Последний реанорец. Том III

острота, но не успели мы присесть на пустующие места, как смех оборвал властный и грубый голос Мартына, который вышел из подобия подсобки и встал у импровизированного подиума:
— Да ты не стесняйся, Ермоха, попроси молодого, — предложил вдруг он, с холодной усмешкой глядя на Шакала. — Может он и тебя отдрючит, таким же довольным ходить будешь. Правда, сомневаюсь, что Лазарь на такое согласится. Не модель ты, да и зубы кривые.
Пару секунд стояла мёртвая тишина, а после произошел просто громоподобный взрыв смеха, даже Хельга радостно прыснула, а сидящие слева и права Артур и Осман гоготали, что было мочи.
— Ладно, всё, хорош! Поржали, и хватит! — повысил вдруг голос Мартын, и в зале сразу водрузилась звенящая тишина. — Пора начинать! Итак! Первый лот — выжимка пятнистой чемерицы из среднего сектора! Начальная ставка — сто тысяч!..

Как бы то ни было, но нужно было признать, что дело аукциона изгоев было до безумия прибыльное и отчасти почти законное… в пятне и также частично. На месте продавали весьма редкие, и как говорится грязные и контрабандные предметы и травы, а прибыль с того уже была вполне себе чистой.
Первый десяток лотов были искаженные и измененные травы и другие растения пятна, продавались даже ранее неизвестные и их тоже скупали за приличные суммы. Первый лот с выжимкой ушел за два миллиона. Если не ошибаюсь, эти лепестки требовались для различных усиливающих зелий. Полезная штука. Один из таких ценных ресурсов выкупил Осман.
А после первого лота всех как прорвало, и цены лишь продолжали возрастать. Граммы пораженного серебра, золота или малахита скупались за миллионы. Минералы, рожденные в пятне наподобие нирида, рибиса и вебрита скупались еще дороже. Один из них как раз и приобрела Хельга.
Во время торгов, я даже узнавал предметы и ингредиенты, что также существовали и в Мерраввине, лишь назывались и выглядели немного иначе, но вот нужных мне, я так и не нашел. Всё же это было среднее пятно, даже не средняя стигма. Так я думал до тех пор, пока струйки бесконтрольного эфира, которым я проверял каждый лот, не начали заметно оживать. Ведь с молотка начали уходить части ценнейших тел чудовищ и порождений, от крошечных безоаровых камней василисков, до кусков печени охотников и редких желудков и голосовых связок сиринов.
А обещанная Османом перламутровая саламандра, представляла из себя лишь её остатки сброшенной кожи. Самой твари здесь не было, но даже такие огрызки её чешуи ушли за огромную сумму в пятнадцать миллионов.
В общем, ничего сверхъестественного с воистину могущественных тварей здесь не было, отчего я даже успел огорчиться, а части тела тифона, что уходили с молотка были бесполезны.
Похоже, успели снять, что могли до прихода Долгорукова.
Но продолжалось это лишь до тех пор, пока Мартыну не вынесли последний двадцать девятый лот и эфир с диким бунтом не стал выходить из себя.
— А теперь, дамы и господа, — с широкой улыбкой заговорил ведущий-ратай и резко стянул с него ткань. — Как любят говорить за гранью, гвоздь сегодняшней программы… Гипофиз тифона!
Внутри меня стало до безумия приятно, словно перебрал с зеленвальдской высокогорной амброзией. В последний момент я сдержал себя, чтобы не закричать в эйфории, что это ни хрена не гипофиз тифона! Это был каплевидный мозговой отросток лавовой гиены с Угорских захоронений.
Бездна! Не зря я припёрся на эту сходку! Не зря! Трепещи Ракуима! Отросток будет моим, ведь он сможет за короткое время решить проблему с моей выносливостью и усилить одну из трёх основополагающих структур рунного тела — костный скелет.
Но уже в следующий миг все мои фантазии о будущем могуществе хотя бы среди ратаев разрушил ехидный голос Мартына:
— Начальная сумма лота — двадцать пять миллионов. Каждый последующий шаг пять миллионов!
Суккубья кровь! Мартын, бес ты трухлявый! Твою мать! Мне же денег не хватит!

— Начальная сумма лота — двадцать пять миллионов. Каждый последующий шаг пять миллионов!
Суккубья кровь! Мартын, бес ты трухлявый! Твою мать, мне же денег не хватит!
— Тридцать миллионов! — высказался кто-то с дальнего края зала.
— Тридцать миллионов от Руса! — с улыбкой повторил ратай. — Кто больше?!
— Тридцать пять миллионов! — прозвучал грудной женский тон.
— Тридцать пят миллионов от нашей Волчицы! — еще шире улыбнулся Мартын.
— Сорок миллионов!
— Сорок миллионов от Бороды! — улыбка бармена теперь походила