Роман ‘Последний шанс’ относится к жанру научной фантастики. Действие происходит в наше время, но в другой реальности, отпочковавшейся от нашей ветви в 1953 году. Поскольку инерция мироздания достаточно велика, многие герои произведения имеют узнаваемых прототипов в нашей реальности.
Авторы: Николаев Михаил
он и пошел к соседу, который недавно стал проректором Политехнического университета. Сосед был постарше Георгия на 5 или 6 лет. Сошлись они на том, что оба были заядлыми грибниками и, являясь своего рода профессионалами в этой области, часто встречались в лесу на одних и тех же местах. Если один успевал раньше, то другому там делать уже было нечего. Познакомившись ближе, они начали встречаться уже и по работе, в городе.
– Добрый день, Евгений Сергеевич, – поздоровался он с соседом, – как Ваше ничего?
– Помаленьку. Ты по делу или просто языком потрепать?
– Языком потрепать, но не просто, а по делу. Пошли ко мне. Есть серьезный разговор, а также имеется, что под него выпить и чем закусить.
Придя на участок Георгия, они, чтобы не мешать разговором женщинам, расположились в гостевом домике. Георгий разлил коньяк, и, отрезая толстый ломоть вареной колбасы, сказал, – ты такой еще не пробовал, она по 160 рублей за килограмм.
– Такую колбасу есть нельзя, – усомнился сосед, – в ней же вообще нет мяса. Вареную колбасу дешевле 200 рублей нельзя есть.
– Можно, если она продается в кремлевском буфете. Это сои в ней нет. А мясо тут самое натуральное и экологически чистое.
– Они там так и живут как при коммунизме? – спросил Евгений Сергеевич, разливая коньяк. – Я думал ты это поломаешь.
– Ломать ничего не надо. Там где есть хорошее, его надо оставлять. Просто нужно сделать так, чтобы и в других местах дешево продавались нормальная колбаса и экологически чистые продукты. А то получится как с внучкой декабриста в революцию, которая удивилась, что ее делают, чтобы не стало богатых. Дед, мол, хотел, чтобы не было бедных. Так что не ломать нам надо, а строить. Всю страну подтягивать к кремлевскому уровню.
– Ладно, давай к делу, – сказал Георгий, когда они выпили по первой. – В те времена, когда мы познакомились, у тебя под началом было две лаборатории: лазеров и вакуумного напыления. Ты еще занимаешься этими вещами?
– Естественно занимаюсь и очень плотно. Времени только на это теперь уделять приходится меньше.
– Тогда слушай. Сейчас у нас обстановка стабилизируется. Границы закрыты, и супостат не пролезет. Но через год ситуация изменится и мы должны быть готовы к встрече агрессоров. Причем, не касаясь ядерной кнопки. Короче, нужен гиперболоид.
– Они уже есть. Причем совершенно разных конструкций и принципов действия. От твердотельных излучателей с мощностью в луче 100 киловатт и непрерывной работой до 5 минут, до высокоэнергетических импульсных титан сапфировых лазеров, мощностью 300 терраватт,
но импульсом всего в 30 фемтосекунд.
Георгий хорошо подготовился к беседе с Сергеем Николаевичем и знал про твердотельные излучатели, которые американцы уже начали устанавливать на армейскую технику. На данном этапе они годились только для уничтожения легких разведывательных беспилотников, но, со временем, могли превратиться в грозное оружие.
Титан сапфировый лазер, обладающий мощностью, которая в 100 раз превышает суммарную мощность всех электростанций мира, также был ему известен. Его мощность действительно была чудовищной – 20 миллиардов триллионов ватт на квадратный сантиметр, но диаметр луча составлял чуть больше микрона, а продолжительность импульса была настолько малой, что обычный человек даже не мог себе представить такой отрезок времени. Стать оружием этому Мичиганскому изделию было не суждено.
– Это я все знаю. И промышленный лазер видел на судостроительном заводе. Металл он режет как масло, но расстояние – всего несколько сантиметров. А мне нужны сотни и тысячи километров.
Таких пока нет. С расстоянием диаметр луча увеличивается и мощность, приходящаяся на квадратный сантиметр, падет.
– Вот по этому я и пришел к тебе. Надо сделать. Не самому конечно, а собрав команду на Ленинградских предприятиях.
– А почему ты не обратился в Москве в Физический институт Академии Наук? Они в этом вопросе головные.
– Потому и не обратился, что американцы уже испытывают мобильные установки, сбивают ими беспилотники, а у нас сплошное теоретизирование. Мне практики нужны. У тебя ведь есть знакомые в ЛИТМО и Технологическом университете, работающие в этой области.
– Конечно, есть. Без них нам не справиться. Мы же Вуз, а не КБ. А какие нужны параметры?
– Нужен компактный сверхжесткий импульсник.
– А конкретнее, это все очень широкие понятия?
– Компактный, – это значит массой до тонны, в идеале – несколько сотен килограммов. Под сверхжестким излучением я понимаю длину волны менее одной десятой ангстрема.
